Анализ примет преступника

Это важный компонент оперативно-розыскной деятельности, но не регулируется ни Уголовным Кодексом, ни Уголовно-процессуальным Кодексом. В англоязычной литературе – термин «профайлинг».

ППП – это психолого-криминалистический метод и результат познания криминального события, ориентированный на выявление комплекса сведений об индивидуальных признаках и особенностях личности субъекта преступления, проявившихся в совокупности обстоятельств и следов преступной деятельности, где лицо описывается в терминах его устойчивого психологического состояния.

Цели составления ППП

Выдвижение гипотез о личностных характеристиках преступника и его психическом состоянии для определения и сужения круга подозреваемых по делу лиц.
Определение мотива преступления.
Определение механизма преступления, в том числе психопатологического (психиатрического, сексологического).
Решение вопроса об объединении в единое производство уголовных дел (при серийных преступлениях) на основе наличия общих признаков в различных элементах преступлений.
Разработка рекомендаций по тактике оперативно-розыскных мероприятий на основе приоритетных версий и наиболее перспективных направлений розыска.
Выявление вероятности совершения преступником в будущем аналогичных преступлений.
Выяснение сходства и различия между составленным портретом и подозреваемым.
Выработка рекомендаций следователю для проведения допроса.

Виды ППП

Описательный

Аналитически аргументируются признаки преступника, исходя из обстоятельств и следов преступления.

Квалификационный

Призван охарактеризовать тип мотивации или тип личности преступника (организованный-неорганизованный по типологии ФБР; сексуальные и несексуальные, серийные и несерийные; душитель-потрошитель по Антоняну и т.д.).

Поисковый

Обобщение и оптимизация информации о признаках преступника для целей его розыска (например, искать ли Чикатило среди гомосексуалистов?).

Идентификационный

Содержит опорные психологические признаки преступника, пригодные для его идентификации при наличии группы подозреваемых лиц.

Вероятностный

Прогноз на совершение деликта тем же лицом (еще не пойманным) с указанием времени, места и виктимными особенностей жертвы («подсадные утки»).

Компьютерные программы составления ППП

VICAP (США) основывается на накапливаемых годами обширных базах данных, наличие которых и позволяет устанавливать статистические связи между признаками криминального события и признаками лица.

CATCHEM (Великобритания), VIGLAS (Канада) на основе сравнения характеристик криминального деяния, совершенного неизвестным преступником, и характеристик преступлений, содержащихся в базе данных, позволяют идентифицировать личность преступника путем выявления схожих моментов преступного поведения, которые могут принадлежать одному и тому же лицу.

Этапы составления ППП

«Поведение есть результат взаимодействия личности и ситуации»

Составление криминалистической информационной модели совершения преступления

1) Сбор носителей информации о личности преступника и событии преступления (это осмотр места происшествия, заключение экспертиз (СМЭ трупа или жертвы, вещдоков), объект преступления – личность жертвы, показания свидетелей и т.д)

2) Обобщаем информацию по четырем блокам:

Способ преступления, орудия и средства (чем убит и как убит)
Объект преступления как носитель определенных виктимных качеств
Материальная обстановка преступления (пространственно-временные характеристики)
Лица, косвенные связанные с преступлением

3) на основе этого реконструируется преступное действие

Ситуационное моделирование

Основная задача – выделить, что в поведении определяется «личностью».

Это делается по следующим параметрам:

1 – «степень соответствия данного действия действиям других людей» (индивидуальные различия): чем меньше согласуется действие человека с действиями других людей, тем в большей степени оно обусловлено личностными факторами;

2 – «степень соответствия данного действия действиям того же человека в других ситуациях» (стабильность по отношению к ситуациям): чем однороднее действует человек в различных ситуациях, тем сильнее его поведение обусловлено личностными факторами;

3 – «степень соответствия данного действия действиям того же человека в аналогичных ситуациях в прошлом» (стабильность по времени): чем заметнее человек в однородных ситуациях меняет свое поведение, тем в большей степени оно детерминировано личностными факторами.

Анализ личности преступника

Автор работы: Пользователь скрыл имя, 20 Ноября 2013 в 22:02, реферат

Краткое описание

Криминология («наука о преступлении», от лат. crimen — преступление и др.-греч. λογος — учение) — социолого-правовая наука, которая изучает преступность, личность преступника, причины и условия преступности, пути и средства ее предупреждения. Личность преступника – один из разделов криминологии, изучающий совокупность социально-психологических свойств и качеств человека, являющихся причинами и условиями совершения преступлений.

Вложенные файлы: 1 файл

Личность преступника.docx

Правительство Российской Федерации

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Национальный исследовательский университет

«Высшая школа экономики»

Кафедра уголовного права

Анализ личности преступника

Студент группы 4 УП

Церовечки Виктор Иванович

Федотов Александр Викторович

Принято считать, что анализ личности преступника целесообразно проводить по целому ряду причин. Во-первых, известно, что субъект преступления является одним из четырёх элементов состава преступления, а значит, уже поэтому изучать его личность просто необходимо. Чем больше в этом направлении ведётся аналитической работы, тем лучше можно понять причины совершения различных преступлений. Кроме того, изучение личности преступника может поспособствовать улучшению системы исправления преступников, а в перспективе даже снизить уровень преступности в обществе.

В данной работе делается попытка раскрыть личность Гарольда Шипмана, также известного, как «Доктор Смерть» — серийный убийца, орудовавший в пригороде Манчестера Хайде.

Для начала, я приведу биографию Шипмана вкратце. Гарольд Фредерик Шипман родился 14 января 1946 года. Был общительным и умным мальчиком. В школе он чувствовал свое превосходство над сверстниками. Родители гордились успехами сына. Когда Гарольду было 17 лет, его мать умерла от рака. Тогда он решил стать врачом, чтобы помогать людям, бороться с болезнями. В 1965 году Шипман поступил на медицинский факультет университета в городе Лидс. Учеба давалась ему легко. У Шипмана было много свободного времени. Он подружился с дочерью хозяина квартиры, где снимал комнату. Вскоре она забеременела. Гарольд сделал ей предложение, и в ноябре 1966 года они поженились. В 1970 году Шипман окончил университет и устроился участковым врачом в городе Тодморден. Его жена работала на полставки медсестрой в регистратуре местной поликлиники. У них было четверо детей. Перед тем, как в 1977 году переехать с семьей в город Хайд где он занялся частной практикой в 1974 году Шипман был замечен в хищениях наркотических препаратов. Его лишили врачебного звания и отдали под суд. Шипман на суде поклялся, что больше не будет. Его приговорили к штрафу в 600 фунтов. В те времена доктора часто крали наркотики, и это не считалось серьёзным преступлением. После приговора Шипман прошел курс лечения от наркозависимости. В 1977 был восстановлен в профессии врача.

Прежде чем перейти непосредственно к анализу личности преступника, логично провести обзор тех его деяний, которые позволяют характеризовать Гарольда Шипмана именно как преступника. Считается, что свое первое убийство Шипман совершил в 1984 году. Он пришел по вызову к пожилой женщине, которая жаловалась на боли в суставах. «Добрый» доктор предложил вколоть ей обезболивающее. Старушка согласилась, и Шипман ввел ей в вену 30 миллиграммов диаморфина (медицинское название чистого героина). Боль отступила сразу, и пациентка благодарно улыбнулась доктору. А тот сидел и внимательно наблюдал, как пенсионерка медленно и безболезненно умирает. После того как с губ старушки слетел последний вдох, Шипман забрал со столика дешевый сувенир и покинул дом, чтобы вернуться на следующий день и зафиксировать «естественную» смерть. Чтобы совсем обезопасить себя от возможного расследования, Шипман настоял на кремации трупа. По британским законам, для этого требовалось заключение двух врачей. Но на практике второй врач, не вникая в подробности, просто подтверждает решение своего коллеги и дает заключение на кремацию. Своеобразная «цеховая» солидарность.

А Шипману, оставшемуся безнаказанным, понравилось ощущать себя властителем жизни и смерти. Теперь каждая его пациентка ходила по острию ножа. В любой момент доктор мог решить, что пришла ее очередь, и вколоть ей смертельную дозу героина. После каждого убийства он забирал себе какую-нибудь безделушку на память. И обязательно посылал соболезнования родственникам. Через какое-то время Шипман решил, что кроме удовольствия от вида смерти, можно получать и вполне материальное удовлетворение. Он стал подделывать завещания умерших. Но зарвался.

В 1998 году умерла бывший мэр Хайда Кэтлин Гранди. По ее завещанию, она оставляла своему врачу 350 тысяч фунтов стерлингов. Такое завещание вызвало серьёзные вопросы у дочери умершей, Анджелы, адвоката по профессии. Завещание было написано заглавными буквами и с грамматическими ошибками, как будто писала очень старая леди. Но Анджела знала, что ее мать была в полном физическом и умственном порядке и ошибок в английском не делала. Она сличила подпись на завещании с настоящей, а затем позвонила двум свидетелям, в присутствии которых завещание было якобы оформлено. «Свидетели» заявили, что никакого завещания не подписывали. Анджела с трудом добилась эксгумации. Когда останки Кэтлин Гранди извлекли из могилы, экспертиза показала, что она умерла от передозировки диаморфина. Шипмана вызвали на допрос, но тот не спешил признаваться, давить на почтенного человека полицейские не хотели. Завещание было оспорено, но в убийстве доктора никто не обвинял. Когда полиция взялась за дело врача-убийцы, оказалось, что подозревали его многие. Местный таксист Джон Шоу, часто подвозивший престарелых леди, в том числе и Кэтлин Гранди, вел список умерших пациентов Гарольда Шипмана, который потом передал инспектору Стену Эгертону, всерьез взявшемуся за странные смерти. В списке было 20 имен. Эгертон потребовал эксгумации трупов. К этому времени слух о расследовании разнесся по Хайду. В полицейское управление стали подавать заявления родственники пациентов Шипмана. Кто-то говорил, что доктор небрежно проводил освидетельствование трупа или вообще его не проводил, другие вспоминали странные объяснения причин смерти, настойчивые советы кремировать покойника. Упоминали и мелкие кражи.

Показания дала секретарша Шипмана Кэрол Чапмен. Она заявила, что после смерти каждого больного врач обвинял в случившемся ее сережки: «Когда умирал очередной пациент, это, по словам Шипмана, было только потому, что я носила определенные сережки». Как рассказала Чапмен, долгое время она не связывала смерти пациентов с деятельностью Шипмана и доверяла врачу лечить своих родственников, в результате чего Шипман убил ее мать, свекровь и двух теток. Из 218 подозрительных смертей следователи отобрали 15 наиболее очевидных. В 6 случаях покойников кремировали, в 9 — закопали. Результаты экспертиз были идентичны — передозировка диаморфина. Изучение компьютерных файлов в клинике Гарольда Шипмана показало, что истории болезни убитых им пациентов были изменены в день убийства. На допросе Шипман упал перед следователями на колени и заплакал.

Шипман получил 15 пожизненных заключений. По сообщениям некоторых британских СМИ, Шипман признавался сокамернику, что убил 508 пациентов. Сокамерник потом умер, возможно его убил «Доктор Смерть». Шипман повесился 13 января 2004 года в Уэйкфилдской тюрьме за день до своего 58-летия.

Теперь же можно перейти непосредственно к анализу преступлений Гарольда Шипмана. Само понятие «серийный убийца» один из самых известных профайлеров ФБР Роберт Ресслер. Он выделил два основных типа серийных убийц: организованные несоциальные и дезорганизованные асоциальные. В нашем случае — организованный несоциальный. Я отмечу основные особенности присущие нашему преступнику:

— Обладает высоким интеллектом (закончил медицинский факультет в университете Лидса).

— Может быть обаятелен, производить благоприятное впечатление на окружающих. Обычно окружающие такого серийного убийцу люди сильно удивляются, узнав о том, что этот человек совершал преступления. Имеет нормальные отношения с противоположным полом, нередко характеризуется друзьями и знакомыми как хороший семьянин и отец (жена, четверо детей).

— Персонализирует жертву, предпочитает действовать с помощью хитрости, а не насилия (будучи доктором, вводил под предлогом обезболивающего средства смертельную дозу диаморфина).

— Предпринимает меры по устранению улик, которые могут изобличать его в совершении преступления. Может расчленить труп и избавиться от него по частям, спрятать тело жертвы в малодоступном месте. Способен даже придать телу определенную позу как некий знак, если он хочет что-либо сказать этим убийством (настаивал на кремации трупов).

Также серийные убийцы различаются по мотивам совершения преступлений. Существует особая классификация, позволяющая «разбить» маньяков на некие группы, однако, не стоит полагать, что каждый из серийных убийц относится только к какому-нибудь одному типу или имеет только один мотив совершения преступлений. Я считаю, что Шипман относится как к гедонистам так и к властолюбцам. Гедонисты — совершают преступления для получения удовольствия. Убийство считают способом удовлетворения своих нужд, видят жертву как объект, необходимый для того, чтобы доставить наслаждение.

Властолюбцы — главной целью для такого типа серийных убийц является контроль над жертвой, подчинение ее себе. Причем они испытывают от доминирования и сексуальное удовольствие, но их отличие от гедонистов в том, что ими движет не похоть, но стремление обладать жертвой. Часто такие серийные убийцы подвергались в детстве насилию, что породило у них чувство беспомощности и бессилия во взрослой жизни.

«Маска нормальности». Дело в том, что многие серийные убийцы (в основном относящиеся к организованному несоциальному типу) могут вести двойную жизнь долгое время, причем вполне успешно. Окружающим они могут казаться интеллигентными, образованными, законопослушными гражданами, но в реальности дело может обстоять совсем по-другому. Данный феномен получил название «маска нормальности», и анализ этого термина определяет его как искусственное поведение, которое направлено на соответствие общепринятым в обществе нормативам. В основном «маска нормальности» наблюдается у организованных несоциальных серийных убийц, может она быть и у асоциальных, но такие случаи довольно редки. Шипман обладал хорошо выраженной «маской нормальности» — представители этого вида серийных убийц хорошо адаптированы в социуме, они могут иметь хорошую работу, семью, в которой их считают прекрасными отцами и супругами. Часто имеют высшее образование, однако могут быть ранее судимы, но в основном за хищения.

Тем не менее, простому обывателю распознать серийного убийцу очень сложно, практически невозможно, особенно того, который обладает хорошо выраженной маской нормальности. Как сказал один из самых известных серийных убийц Тед Банди: «Серийные убийцы – это мы, ваши отцы, ваши сыновья, мы повсюду». Поэтому каждому из нас следует быть внимательными и знать хотя бы основы поведения серийного убийцы.

— Личность преступника – индивидуальная профилактика преступлений: сопоставление и выводы – Антонян Ю.М., 1989.

— Mask of Sanity – Hervey Cleckley, 1982.

— Sexual Homicide: patterns and motives — Robert K. Ressler, Ann Wolbert Burgess, John E. Douglas, 1995..

Охота за портретом: как анализ места преступлений и профиль жертв помогают в поимке самых опасных преступников

Метод, который использовали во время гонений на ведьм, а затем развили для поимки серийных маньяков, террористов и кибер-мошенников.

В 20-м веке, когда анализ ДНК, серология и баллистическая экспертиза находились на стадии зачатия, преступления расследовались по традиционным методикам. Иногда убийцу ловили по «горячим следам», где-то помогали свидетели или выручала череда обычных совпадений. Но порой дела оставались нераскрытыми годами – это происходило в особо тяжёлых случаях, когда вычислить убийцу не удавалось из-за отсутствия улик и весомых доказательств.

Расследование серийных убийств требует особого подхода – необходимо не только поймать преступника, но и доказать его причастность ко всем эпизодам. Общественное внимание к подобным делам часто усложняет задачу. Отчаяние и высокие ожидания приводили к тому, что следователи обращались к ясновидцам, чтобы получить хоть какую-то зацепку. И хотя сначала к профайлингу относились скептически, он заменил магические сеансы и походы к ворожеям.

Основные источники статьи

Генрих Крамер, Яков Шпренгер, «Молот ведьм»;
Джон Дуглас, Марке Олшейкер, «Охотник за разумом. Особый отдел ФБР по расследованию серийных убийств»;
Роберт Ресслер, «Тот, кто сражается с монстрами. Мои двадцать лет охоты на серийных убийц для ФБР».

Идея изучать профиль преступника по характеристикам и подчерку зародилась ещё во времена Средневековья. Один из самых знаменитых трактатов «Молот ведьм», написанный в 1486 году, посвящён демонологии и методам преследования ведьм. Его автором считается доминиканский инквизитор и католический приор Генрих Крамер. Соавторство приписывают декану Кёльнского университета Якобу Шпренгеру, хотя в причастности последнего историки сомневаются.

Крамер настаивал, чтобы колдовство расценивалось не только как проявление физической магии (чтобы на его основании можно было судить), но и как отдельная ересь (приверженность религиозным убеждениям вопреки церковным догмам). Он утверждал, что магия способна принести реальный вред, и её стоит рассматривать в суде как форму материального ущерба. С 1482 года Крамер участвовал в судебных процессах региона Тироль. Его интенсивные допросы, в ходе которых часто задавались вопросы о сексуальной жизни обвиняемого и применялись пытки, ужасали местных священнослужителей.

В 1484 году Генрих Крамер убедил Папу Римского Иннокентия Восьмого выдать ему печать «Всеми силами души», направленную против ведьм. В 85-ом Крамер начал свою инквизицию в городе Инсбрук с первоначального согласия властей и епископа. Однако процесс продлился недолго – тирольские граждане подняли шум по поводу запугивания, жестокости и пыток, применявшихся Крамером.

Чтобы обосновать охоту за ведьмами, Крамер уговорил одну распутницу спрятаться в печи, притворившись, что там поселился дьявол. Её голос обвинил многих людей, которых инквизитор жестоко пытал.

После возмущения жителей епископ остановил все судебные процессы, аннулировал постановления и освободил обвиняемых. Самого инквизитора выгнали из Инсбрука и уволили из священнослужителей с пометкой «дряхлый и сумасшедший».

В 1486-ом году Генрих Крамер выпустил знаменитый трактат. Его целью было очистить и оправдать своё имя, а также систематизировать охоту на ведьм. В трактате он объяснял собственные взгляды на колдовство и доказывал его существование. Он убеждал, что чаще заклятия практиковали женщины, чем мужчины, и обвинял их во всех людских проблемах: от изгнания из Рая до болезней и голода. Крамер описывал признаки и характеристики, по которым можно определить ведьм. Он также представил способы проведения допросов и пыток.

При взятии ведьмы под стражу не надобно давать ей времени оставаться одной в комнате. Этим она лишается возможности принять известные колдовские снадобья, дающие ей возможность молчать и не сознаваться, несмотря на пытки.

Выпуск «Молота ведьм» пришёлся на начало практики массовой печати, что привело к широкому распространению трактата в Европе. Среди населения возникла массовая истерия, началась эпоха охоты на ведьм. Многих женщин заживо сжигали на кострах. Время гонений и религиозных преследований длилось до середины 17-го века.

Значимое событие в истории профайлинга пришлось на время зверств Джека-потрошителя в Лондоне. Серийный убийца охотился преимущественно на проституток: перерезал им горло, а затем вскрывал брюшную полость. И хотя в Англии конца 19-го века царили насилие, нищета и проституция, жестокие убийства потрясли общественность.

Осенью 1888 года лондонский врач Джордж Филлипс и специалист по судебной медицине Томас Бонд обследовали наиболее сильно изуродованную жертву, а также изучили записи вскрытия четырёх предыдущих канонических убийств. Результаты вскрытия и улики с места преступления помогли сделать обоснованные прогнозы относительно личности убийцы и его поведенческих характеристик. Криминальные психологи называют это первым применением методов профилирования преступников.

После изучения доказательств Томас Бонд решил, что «все пять убийств, несомненно, совершены одной рукой. Женщины, должно быть, лежали во время убийства, и в каждом случае горло перерезали первым делом». Бонд заявил, что Джек-потрошитель не имел медицинского образования или знаний в области анатомии, несмотря на то, что убийца нанёс своим жертвам обширные порезы и увечья.

Многие следователи в то время считали, что Джек-потрошитель либо работал врачом, либо имел медицинское образование, благодаря чему удалил внутренние органы у некоторых жертв. Но доктор Бонд пришёл к иному выводу. Он отметил, что глубокие раны, нанесённые Потрошителем, не соответствовали обучению медика или «даже техническим знаниям мясника или забойщика лошадей». По его мнению, убийца был человеком с уединёнными привычками, подверженный периодическим приступам убийственной и эротической мании.

Характер нанесённых увечий свидетельствовал о сатириазисе – неконтролируемом сексуальном желании. Убийца обладал внушительной физической силой и хладнокровностью. Он носил плащ или длинную куртку, чтобы скрыть следы крови на руках. Установить точность профиля не удалось – преступника так и не поймали.

Во время Второй мировой войны американский департамент по стратегическому планированию попросил доктора Волтера Лангера составить психологический портрет Адольфа Гитлера и предсказать его поведение в экстренных ситуациях. Лангре предположил, что при поражении немецкой армии Гитлер совершит самоубийство.

В 1956 году инспектор нью-йорского департамента полиции Говард Финни попросил психиатра Джеймсома Брассела составить психологический портрет маньяка-подрывника, который закладывал самодельные бомбы в публичных местах Нью-Йорка на протяжении более десяти лет. Только в 1955 году прогремело шесть взрывов.

На основании собранных улик, фотографий с мест преступлений и писем, которые преступник отправлял в редакции местных газет, Брассел составил портрет, который позже предоставил в своих мемуарах. Он убедил полицию предать профиль широкой огласке, предсказывая, что любое неверное предположение в нём заставит террориста отреагировать.

Под заголовком «16-летние поиски сумасшедшего» версия профиля New York Times суммировала основные прогнозы: мужчина средних лет, очень чистоплотен, консервативен, образован и религиозен. Мотивом для преступления могло стать увольнение, либо выговор на рабочем месте. Неженатый, проживающий с женщиной старше его.

Когда вы поймаете его – а я не сомневаюсь, что вы поймаете – он будет в двубортном костюме.

Газета New York Journal-American опубликовала подправленный профиль преступника. Через несколько дней они получили письмо от предполагаемого подрывника. Затем ещё два. После небольшой редакции полицией письма опубликовали в газетах с надеждой, что кто-то узнает подчерк преступника. В январе 57-го клерк компании Con Edison наткнулась на файл по делу о компенсации одного из рабочих, который жаловался на «несправедливость» и «постоянную инвалидность». Эти слова встречались и в письме анонимного взрывателя. Женщина сразу же обратилась в полицию.

По подозрениям задержали Джорджа Метески – бывшего работника компании Con Edison. Он открыл дверь в пижаме, а после того, как ему приказали одеться для поездки в штаб-квартиру полиции Уотербери, он появился в застёгнутом двубортном костюме.

Метески оправдывал теракты глубоким чувством несправедливости. В 1931 году в результате взрыва на работе Джордж заболел пневмонией, которая переросла в туберкулёз. В компенсации ему отказали, как и в трёх апелляциях. Он возненавидел компанию и коллег, которые якобы лжесвидетельствовали в её пользу. Метески начал закладывать бомбы на территории Con Edison, но никакой общественной реакции не последовало. Тогда он перешёл на многолюдные места, чтобы его наконец-то заметили.

Несмотря на некоторые схожести, составленный Брасселом портрет не был точен. Многие предсказания психолог переделал в своих мемуарах. Например, он сказал полиции искать человека со шрамом на лице, которого у Метески не было. В мемуарах Брассел описал преступника со славянскими корнями, хотя на самом деле он советовал полиции искать человека, «рождённого и получившего образование в Германии», – предсказание настолько далёкое от истины, что возразил сам Метески.

В 1972-ом году преподаватель в отделе криминальной психологи в ФБР в Куантико Говард Тетен поехал в Нью-Йорк, чтобы лично проконсультироваться с Джеймсомом Брасселом по делу маньяка-подрывника. Доктор обучил Тетена технике психоанализа, что помогло Тетену усовершенствовать систему профайлинга.

Его подход состоял в том, чтобы узнать, как можно больше о поведении и мотивах преступника на основе улик, найденных на месте преступления. Вместе с другим агентом ФБР, Патриком Маллани, они начали преподавать курс криминальной психологии. Их главной целью было научить и показать, почему жесточайшие преступники мыслят и действуют именно так, а не иначе.

Однажды Тетену позвонил офицер полиции с просьбой помочь раскрыть дело об убийстве женщины. На её теле обнаружили лишь несколько колотых ран, а результаты судмедэкспертизы не дали никаких зацепок. Тетен посоветовал начать с района, где проживала жертва, и поискать малопривлекательного и одинокого парня двадцати лет, который мог импульсивно убить женщину, а теперь терзался чувством вины и страхом, что его отыщут. По словам Тетена, получить от него признание будет не слишком сложно.

Двумя днями позже офицер доложил, что им попался подходящий под описание парень. При виде полиции он сразу же выдал: «Ладно, я сдаюсь!». Но теоретических исследований не хватало для следственной деятельности и правоприменения. Никто из высшего руководства ФБР всерьёз не воспринимал профайлинг как действенный инструмент для раскрытия преступлений.

В 1977 году в отдел перешёл Джон Дуглас – бывший спецназовец и переговорщик по заложникам. Вместе с другим агентом из отдела поведенческого анализа Робертом Ресслером они начали ездить по стране, проводя курсы криминальной прикладной психологии для шерифов и начальников полиции. После занятий к ним часто подходили полицейские с просьбой помочь и указать верный путь в ещё нераскрытых делах.

В начале 78-го года Дуглас предложил лично встречаться с серийными убийцами в тюрьмах и проводить интервью, чтобы посмотреть на мир их глазами. Ресслер согласился. Центральное бюро не дало бы разрешения на подобные допросы, поэтому агенты решили справляться собственными силами.

Первым опрошенным стал Эдмунд Кемпер. Он отбывал несколько пожизненных сроков в психиатрической колонии штата Калифорния. Будучи 14-летним подростком Эдмунд застрелил собственных бабушку и дедушку. На допросе в полиции он пояснил: «Мне просто было интересно – каково это, застрелить бабушку». В тюрьме Эдмунд хорошо себя проявил, и через шесть лет его выпустили за примерное поведение. Через год Кемпер придумал новый план: он подбирал молодых девушек, насиловал, убивал и расчленял.

Однажды во время пасхальных каникул Эдмунд зашёл в спальню к матери и насмерть забил её молотком. Затем он отрубил ей голову и надругался над обезглавленным трупом. «Мне показалось, что так будет лучше всего, – рассказал он полиции, – раз она постоянно придиралась, орала на меня и портила мне жизнь».

Затем Эд позвонил подруге матери, и пригласил её на «праздничный» ужин. Когда она явилась, он избил, задушил и обезглавил её, тело положил на свою кровать.

На утро пасхального воскресенья Эдмунд сел в машину и уехал из города. Когда Кемпер понял, что его действия остались без внимания общественности, он остановился у телефонной будки и набрал полицию.

Эдмунд согласился встретиться с агентами Дугласом и Ресслером. Вместе они провели множество часов за беседой. Серийный убийца вёл себя спокойно, и даже дружелюбно. Кемпер рассказал, как его ненавидела мать и запирала в подвале без окон, среди ровесников он считался изгоем из-за огромного роста и врождённой застенчивости. Это создало благодатную почву для жестоких мыслей. Ещё в детстве он убил и изрезал двух домашних кошек.

Во время интервью Дуглас искал ответ на главный вопрос: преступниками рождаются или становятся? В течение нескольких лет они Ресслером провели интервью с таким убийцами, как Тед Банди, Дональд Харви, Дэвид Берковиц, Ричард Спек. Каждый из них убил по меньшей мере пятерых человек. Дональд Харви утверждал, что на его счету 87 отравленных пациентов.

Бюро, которое изначально относилось к Дугласу и его расследованиям скептически, со временем изменила своё отношение. Профайлинг как метод для поимки преступников развивался. Особенно это изменилось после расследования в Атланте.

В 1979-ом году люди обратились в администрацию города с жалобой на неприятный запах из городского леса. Оказалось, что запах истощало наполовину разложившееся тело 13-летнего мальчика. Рядом полиция нашла ещё одно тело. Оба были чернокожими.

В Атланте того времени росла напряжённость между белым и чёрным населением. Убийства сразу же приняли политическую окраску. В течение двух лет нашли ещё восемь тел. Только в 1980-ом году полиция признала, что убийства детей взаимосвязаны, и к делу присоединились агенты ФБР.

После изучения мест преступлений и жертв Дуглас составил портрет убийцы. Он считал, что искать нужно чернокожего холостого мужчину в возрасте от 25-29 лет, который водил автомобиль, похожий на полицейский, и мог проявлять интерес к расследованию. У него могла быть немецкая овчарка или доберман. Чтобы заманить мальчиков в ловушку, он шёл на ухищрения, например предлагал что-то связанное с музыкой или выступлениями на сцене. В определённый момент ребенок понимал или чувствовал, что дело нечисто, и тогда субъекту лишь оставалось его убить.

Я и мой брат шли домой из школы. Тётя спросила, не хотим ли мы искупаться. Ей надо было уехать, поэтому мне пришлось остаться и присматривать за младшим братом. Он пошёл плавать. Моя мама пришла домой позже и спросила: «Где Эрл?». Вот и всё.

В апреле 1981-го года в реке у одного из мостов Атланты выловили 27-ю жертву маньяка. На всех мостах вдоль реки установили наблюдение. В одну из ночей полицейский патруль остановил машину Уильямса Уэйна. В машине у него нашли перчатки, фонарь, шнур, буксировочный трос и два бумажных пакета с одеждой.

Уэйна задержали на ночь, но позже отпустили из-за отсутствия явных улик. Через несколько дней из реки выловили очередное обнажённое тело чернокожего мужчины. Подозреваемый Уильямс Уэйн идеально вписывался в портрет Дугласа, у него была немецкая овчарка и списанный полицейский автомобиль с радаром. Волосы и волокна одежды, найденные на телах, в точности совпадали с обнаруженными в комнате, дома и в машине. Это доказывало его причастность по меньшей мере к двенадцати убийствам.

Уэйна Уильямса арестовали 21 июня за убийство Натаниэля Картера. Расследование по другим эпизодам продолжалось. Под стражей Уэйн раздавал интервью, активно общался с представителями прессы. Он часто сообщал о себе противоречивую и лживую информацию, настаивал на своей невиновности и обвинял департамент полиции Атланта в фабрикации дел. Свой арест он считал проявлением расизма.

Доказательств хватило только на слушание по двум делам. Присяжных отобрали из афроамериканского состава – девять женщин и трое мужчин. Дугласа пригласили дать показания об образе действия и особенностях подчерка убийцы. На суде выступали свидетели, хотя их показания часто противоречили друг другу. Некоторые утверждали, что Уэйн высказывал неприязнь по отношению к чернокожим детям из малоимущих семей.

Несмотря на малое количество улик и юридические нарушения во время процесса, Уэйна Уильямса приговорили к двум пожизненным срокам за убийство чернокожих мужчин. Его причастность к пропаже детей не доказана. Уэйн по-прежнему настаивает на своей невиновности. 21 марта 2019 года мэр Атланты Кейша Боттомс и начальник полиции Эрика Шилдс заявили о проведении повторного исследования о причастности Уильямса к убийствам других детей. Существенных продвижений по делу пока нет.

Сейчас профайлинг строится на методах, основанных и развитых Говардом Тетеном, Джоном Дугласом и Робертом Расселом в 70-х годах. Профилирование применяют при поимке серийных убийц, изнасилованиях, похищениях, ритуальных убийствах. Профайлеры собирают всю известную информацию о преступлении, анализируют показания свидетелей, данные после вскрытия. Главное – определить мотивы убийцы и создать его профиль.

На этапе задержания цели профайлинга заключаются в том, чтобы предсказать реакцию подозреваемого, предложить методы допроса для признания. Специалисты также выступают на судебных заседаниях, чтобы продемонстрировать связь нескольких преступлений с одним человеком и сопоставить соответствия требованиям профиля.

Насильственных преступлений в настоящее время совершается меньше, однако число убийств на сексуальной почве по-прежнему велико. Последние два десятилетия внимание общественности и органов правопорядка приковано к другим феноменам – терроризму и кибер-преступлениям. Согласно Интерполу, только за первые четыре месяца 2020 года обнаружено около миллиона спам-сообщений, вредоносных ПО и URL-адресов, связанных с Covid-19.

Киберпреступники развивают и усиливают свои атаки угрожающими темпами, используя страх и неуверенность, вызванные нестабильной социальной и экономической ситуацией из-за Covid-19.

Методы профилирования эксперты применяют и в случаях кибер-преступлений. Во время взлома и кражи данных эксперты разбираются в программах и методах, с помощью которых совершено преступление; анализируют жертву, выискивают мотивы. Тщательно анализируется информация, которая была украдена.

Если целью было удалить информацию или прервать работу интернет-ресурса, преступника установить не так сложно. Обычно это молодые хакеры, которые используют чужие инструменты. Они пока не умеют создавать собственные вредоносные программы, а их целью выступает лёгкая нажива.

В одном из случаев по цифровому взлому в крупной нефтяной компании привлекли ФБР и ассистента по безопасности Рэйа Йепеса. Агенты перехватили весь сетевой трафик и проанализировали системы и узлы. Посредством анализа пакетов Йепес определил здание, в котором впервые обнаружили атаку. Им оказался большой комплекс, расположенный в Техасе со штабом в 1200 сотрудников.

Исходный код выглядел очень сложно, и эксперт предположил, что преступник – человек с математическим образованием или учёной степенью. Список подозреваемых сузили до семи ИТ-специалистов и аналитиков, которые имели доступ к серверам компании, но по каким-то причинам (отсутствие повышения или премии) могли быть ею недовольны.

Каждого по очереди вызвали на допрос, но безрезультатно. В числе подозреваемых оказался и бухгалтер фирмы. Сперва он отрицал свою вину, но когда следователи обнаружили у него бинарные часы, для считывания которых нужны технические знания, – он раскололся.

Хотя типы преступлений изменились, мотивация, лежащая в их основе, осталась прежней. Насилие для убийц и террористов – зачастую единственный способ самоутвердиться и заявить о себе.

За все годы исследований и практической работы с жесточайшими убийцами мне ни разу не попадался маньяк со счастливым детством в полноценной, здоровой семье. При этом я уверен, что подавляющее большинство преступников осознаёт свои поступки: они сами делают выбор и должны нести ответственность за него. Преступление – это проблема морали. И разобраться с ней можно только на моральном уровне.

Статья создана участником Лиги авторов. О том, как она работает и как туда вступить, рассказано в этом материале.