Импорт тканей в ссср

Методы и средства исследования технологических процессов ткацкого производства

1.2 Текстильная промышленность в период

Первым действием советской власти по отношению к промышленности было установление рабочего контроля. Рабочий контроль осуществлялся над производством, сбытом, снабжением и хранением сырья и готовой продукции, а также над финансовой деятельностью предприятий. После была осуществлена национализация текстильных предприятий. В июне1918 г. был издан декрет правительства об общей национализации крупной промышленности. К этому времени было национализировано 26 текстильных предприятий. Ненационализированные предприятия временно оставались в безвозмездном арендном пользовании у прежних владельцев, которые были ответственны за их сохранность и правильную работу.

Экономическое положение текстильной промышленности было крайне тяжелым. Отсутствие топлива, сырья, рабочих рук приводило к необходимости закрытия предприятий. Текстильное производство уменьшилось в 14–15 раз. Шелковых тканей в 1921 г. было выпущено лишь 1,6 % уровня 1913 г., хлопчатобумажных – 5,9 %, шерстяных – 14 %, льняных –15,3 %. Восстановление текстильной промышленности началось с 1921 г. и отличалось очень высокими темпами роста. С 1921 по 1927 гг. среднегодовые темпы роста выпуска тканей составили 46 %. Довоенный уровень был восстановлен в 1927 г. Всего с 1920 по 1928 гг. текстильное производство в натуральном выражении выросло в 18,8 раз. Выпуск хлопчатобумажных тканей за этот период вырос в 29 раз, численность рабочих увеличилась в 3,9 раза, а объем продукции на занятого рабочего – более чем в 7 раз. В 1928 г. 97 % всех тканей, произведенных в стране, были продукцией хлопчатобумажной промышленности. Производство льняных тканей увеличилось с 28 млн. м в 1921 г. до 125 млн. м в 1925 г. (в 4,5 раза) и до 180 млн. м в 1927 г. (в 6,4 раза). Темпы роста производства льняных тканей значительно ниже, чем выпуск хлопчатобумажных тканей. Но в отличие от хлопчатобумажного производства, которое сократилось в 25–26 раз, льняное производство уменьшилось только в 4,3 раза. Производство шерстяных тканей с 1921 по 1925 г. увеличилось в 3,9 раза, а к 1928 г. – в 5,9 раз, но довоенный уровень в этой отрасли не был восстановлен еще и в 1929 г. Довоенный уровень в шелковой промышленности не был достигнут даже в 1928 г., когда было выпущено шелковых тканей в 4,4 раза меньше, чем в 1913 г.

По текстильной промышленности в целом производительность труда была почти в два раза ниже, чем до войны, по хлопчатобумажной – в 2,7 раза, по шерстяной – в 2 раза. Падение производительности труда во многом было связано с изношенностью оборудования. К концу гражданской войны основные фонды в текстильной промышленности в основном сохранились и это явилось важным преимуществом отрасли. Но это оборудование долгие годы не обновлялось, капитально не ремонтировалось и в значительной степени износилось. Средний возраст ткацких станков составлял 28 лет. Важнейшей составной частью ликвидации последствий первой мировой войны в хозяйстве страны является обновление основных фондов. Предприятия не только восстанавливаются и проводят капитальный ремонт, но и обновляют оборудование на базе новой техники, поднимаясь тем самым на более высокий технический уровень. Это и происходило после первой мировой войны в капиталистическом мире. В СССР обновить основной капитал пока было практически невозможно. В самом начале восстановительного периода предприятия с особенно изношенным оборудованием пришлось закрыть. За годы первой пятилетки производство тканей сократилось. В 1932 г. было выпущено тканей на 0,4 % меньше, чем в 1928 г., производство хлопчатобумажных тканей выросло на 0,6 %. Существенно снизилось производство льняных тканей (на 23 %), а шерстяных выросло на 2,2 %. Шелковые ткани составляли только 0,7 % от общего количества выпускаемых тканей. Выпуск шелковых тканей увеличился в 2,2 раза.

В начале первой пятилетки текстильные фабрики в основном оснащались зарубежным оборудованием. Импорт текстильных машин увеличился с 52 млн. р. в 1928 г. до 61 млн. р. в 1930 г. ( для сравнения: продукция отечественного текстильного машиностроения в 1928 г. составила 24,6 млн. р.). Продукция текстильного машиностроения за годы первой пятилетки увеличилась почти в 3 раза – с 24,6 млн. р. до 68,2 млн. р. Но увеличилось производство трикотажных машин, производство ткацкого оборудования существенно сократилось.

В хлопчатобумажной промышленности выработка ткани на рабочего в час увеличилась с 5,88 до 7,7 м, т. е. на 31 %. Большой рост производительности труда в ткацком производстве в значительной степени определялся начавшимся в эти годы переходом к многостаночному обслуживанию. Но производительность оборудования несколько понизилась. В хлопкоткачестве количество уточин на 100 станкочасов снизилось с 950,7 тыс. до 859,3 тыс., т. е. на 9,6 %, а в шерстоткацком производстве – с 497,2 тыс. до 422 тыс., т. е. на 15 %. А это значит, что не технические сдвиги лежали в основе роста производительности труда.

За годы второй и третьей пятилеток выпуск тканей увеличился на 33 %, а в 1940 г. их было выпущено на 51 % больше, чем в 1932 г., и на 50 % больше, чем в 1928 г. Численность занятых в текстильной промышленности рабочих выросла за годы пятилеток на 52 %, почти в той же пропорции, что и производство тканей. Производительность труда в текстильной промышленности росла довольно медленно. По конечной основной продукции – количеству выпущенных метров ткани – в 1940 г. не было увеличения по сравнению с 1928 г. Более точную картину дают сведения о часовой выработке рабочего ткацкого производства. В ткацком деле производительность труда за 1932–1940 гг. выросла на 37 %, а за 1928–1940 гг. – на 79 %. За 12 лет производительность труда в хлопкоткачестве увеличилась на 80 %. Но все же этот показатель оставался относительно низким. Производительность труда советского хлопкоткача в 1936 г. составляла 37,3 % от производительности ткача в США в 1929 г.

Рост производительности труда – прямой результат технического прогресса. Однако производительность оборудования почти не увеличилась. Выпуск продукции на единицу оборудования в хлопчатобумажной промышленности повысился с 1928 по 1940 гг. только на 12 %, а выпуск хлопчатобумажных тканей на станок за это время вырос на 2,3 %.

Главным направлением технического прогресса в ткачестве был переход к автоматическим ткацким станкам. В хлопчатобумажной промышленности ткачиха могла обслуживать до 4–8 механических станков, а автоматических до 32. К началу 2-й пятилетки автоматические станки составляли 10,7 %. Согласно заданиям этого пятилетнего плана, долю автоматических станков было намечено довести до 40 %. Однако и к 1941 г. автоматы составляли лишь 16,7 %.

В это время в капиталистическом мире доля автоматических станков уже превысила 24 %, а в США – даже свыше 68 %. СССР по этому показателю намного отставал.

Читайте также: Клеевой карандаш для ткани prym как пользоваться

Реальные успехи текстильной промышленности выразились в увеличении производства на душу населения. В 1913 г. на душу населения производилось 19 м тканей всех видов, в 1928 г. – 20 м, а в 1940 г. – 24 м. Хлопчатобумажных тканей на душу населения у нас производилось вчетверо меньше, чем в США и Англии, и вдвое меньше, чем во Франции. Но в 1914 г. их производилось в 5 раз меньше, чем в США, и в 10 раз меньше, чем в Англии.

Текстильная промышленность в 1940 – 1986 гг.

Производство хлопчатобумажных тканей (в состав которых теперь стали частично включаться и ткани из смешанного сырья) с 1940 по 1985 гг. возросло в 2,2 раза.

В годы Великой Отечественной войны текстильная промышленность относилась к числу тех отраслей народного хозяйства, которые испытали наибольший ущерб. В результате временной оккупации было выведено из строя 358 текстильных предприятий, 2 млн. прядильных веретен, до 50 тыс. ткацких станков. Все это предопределило снижение объема производства, наиболее низкий уровень которого был в 1942 г. В этот год основные фонды текстильной промышленности снизились приблизительно на треть. Но уже с 1943 г. начался постепенный подъем производства. К началу 1946 г. действовало по отношению к довоенному количеству 83,6 % ткацких станков в хлопчатобумажной промышленности, 92,5 % – в льняной, 76 % – в шерстяной, 95 % – в шелковой. Таким образом, производственные мощности за годы войны сократились на 15–20 %.

Особенно высокими темпами производство как пряжи, так и тканей росло в первое послевоенное десятилетие, когда шло восстановление отрасли (довоенный уровень производства тканей был перекрыт в 1951 г.). За десятилетие (1945–1955 гг.) производство тканей увеличилось в 3,6 раза, за следующее десятилетие (1955–1965) – только на 20 %, за 1965–1975 – на 10 % и за 1975–1985 гг. – на 16 %. Таким образом, годы застоя проявились в хлопчатобумажной промышленности очень отчетливо.

Производство тканей на станок с 1940 по 1986 г. увеличилось в 2 раза, а производительность труда ткача – в 3,1 раза. Если в 1949 г. в среднем на ткача приходилось 2,8 станка, то в 1986 г. – 4,4. В хлопчатобумажном производстве два периода выделяются повышенными темпами технического прогресса: период послевоенного восстановления (вторая половина 40-х гг.) и 80-е гг. Рост производительности труда и производительности оборудования, конечно, был обусловлен обновлением оборудования.

Льняная промышленность по темпам роста и по технико-экономическим показателям существенно отставала от хлопчатобумажной. За период с 1940 по 1986 гг. в ткацком производстве производительность оборудования выросла на 80 %, а производительность труда – в 3,8 раза. В льноткацком производстве уже в 1965 г. автоматические станки составили 90,8 % станочного парка, то есть переход на этот вид оборудования был практически закончен.

Производство шерстяных тканей с 1940 по 1986 гг. выросло в 4,3 раза. Производительность ткацкого станка за 1940–1986 гг. увеличилась в 2,3 раза, а производительность ткача – в 3,3 раза. Автоматические ткацкие станки в 1950 г. составляли только 4,9 % всего оборудования, а в 1965 г. – уже 46,9 %. После этого темпы внедрения в производство автоматических станков замедлились, и в 1975 г. они составляли только 73,1 %.

За период с 1940 по 1986 г. производство шелковых тканей выросло в 30,5 раз, тогда как производство шелка-сырца (шелковых нитей) – только в 2,2 раза. Шелковые ткани теперь в основном изготовлялись не из натурального шелка. Производительность ткацкого станка в 1950 г. выросла по сравнению с 1940 г. на 10 %, за 50-е гг. она увеличилась на 25 %, за 60-е гг. – на 14 %, за 70-е гг. – на 58 %, за 80-е гг. – на 11 %, а в целом за период с 1940 по 1986 г. – в 2,7 раза. Наиболее высокими темпами производительность оборудования росла в 70-е гг. Именно тогда происходил существенный технический сдвиг. Производительность труда в 1950 г. на 3,6 % превысила уровень 1940 г. В 50-е гг. она выросла на 66 %, в 60-е – на 58 %, в 70-е гг. – на 106 %, а всего с 1940 по 1986 гг. увеличилась в 6,7 раза. Как и в других отраслях, в шелковой промышленности производительность труда росла более высокими темпами, чем производительность оборудования, что было связано с автоматизацией ткачества. В 1962 г. доля автоматических станков составляла 30 %. К 1970 г. автоматические станки составляли 71,4 %, а к 1975 г. – 81 %. Таким образом, процесс перехода к новому оборудованию происходил в основном к началу 70-х гг.

Внедрение автоматических и бесчелночных ткацких станков в период с 1940 по 1986 год позволило повысить производительность оборудования примерно в 3,2 раза.

С 1975 года наметилась тенденция снижения доли тканей в общем выпуске текстильной продукции.

Значительно возросло производство нетканых текстильных материалов. Этот способ позволил производить очень дешевые ткани с минимальными затратами труда. По мере совершенствования технологии и качества продукции нетканые материалы будут находить все более широкое применение.

В 1986 году в СССР было выпущено 10 405 млн. кв. м. тканей. По абсолютной величине производства тканей СССР занимал 3-е место в мире после Китая и США. На человека производилось 37,1 кв. м. тканей. В 1990 году было выпущено 7 750 млн. кв. м. тканей. За следующее десятилетие выпуск тканей значительно сократился и в 1998 году составил всего лишь 18 % от выпуска 1990 года. Это связано с изменением политического строя нашего государства, следствием которого стало нарушение производственных связей.

Состояние текстильной промышленности

с начала 90-х годов ХХ века

Из всех отраслей народного хозяйства бывшего СССР легкую промышленность постиг самый большой спад производства. Это закономерно, ведь развитию этой отрасли в СССР уделялось недостаточно внимания. Вследствие этого, когда был снят «железный занавес» и на рынке России в начале 90-х появились импортные товары, отечественная легкая промышленность не смогла, естественно, составить им конкуренцию ни по качеству, ни по цене. Это положение усугубилось отсутствием опыта работы предприятий в условиях рыночной экономики, развалом централизованной системы снабжения и сбыта, огромными темпами инфляции, а также резким падением спроса на потребительские товары. Пик кризиса пришелся на 1993 г. Кризису предшествовал такой же резкий подъем легкой промышленности в к. 80-х – н. 90-х, когда в СССР было разрешено заниматься предпринимательской деятельностью и свободной продажей товаров. Кооперативы росли, как грибы, на рынке появилось огромное количество «самопальных» джинсов и другой одежды. Но почти все созданные в то время предприятия либо исчезли совсем, либо «ушли» в коммерческую деятельность. Заниматься производством в период кризиса – занятие очень неблагодарное. Принудительное централизованное акционирование государственных предприятий постепенно привело к переходу их в одни частные руки (руководство, семья, компания), что само по себе благоприятно для развития бизнеса – у предприятий появлялись владельцы, напрямую заинтересованные в их прибыльности. Но сам процесс передела собственности, как правило, сопровождался негативными последствиями: дроблением и разворовыванием предприятий, увольнением дирекции и ведущих специалистов, перепрофилированием производства, сменой ранее существовавших производственных взаимоотношений и т. д. Если сюда еще добавить непомерно высокий уровень налогов (просрочка платежей каралась пеней 0,5. 1 % за один день) и неподъёмность банковских процентов по кредитам – 180. 220 %, а также зачастую и некомпетентность новых хозяев в непростом деле производства – спад производства до середины 90-х – явление само собой разумеющееся. Тем не менее, несмотря на все эти негативные явления перехода к рыночной экономике и отсутствие какой-либо помощи со стороны государства, отечественная легкая промышленность не погибла. Более того, помимо уцелевших постсоветских предприятий появилось и достаточно большое число мелких и средних частных предприятий, начинавших свою деятельность с нуля.

Читайте также: Ткани химического происхождения список

Следующим ударом, нанесенным по экономике России, и в частности по легкой промышленности, была политика государства по стабилизации курса доллара, которая окончилась летом 1998 г. Искусственно заниженный курс доллара по отношению к рублю привел к высокой прибыльности торговли импортными швейными изделиями в России, ставшими (в рублевом эквиваленте) еще дешевле прежнего, что практически полностью вытеснило отечественные изделия с рынка. Дефолт 1998 г. оказался краном, наконец-то открывшим поступление кислорода в практически задохнувшуюся за несколько лет «реформ» легкую промышленность России. Горе от потерянных в результате дефолта средств обернулось второй за историю развития рыночной экономики «золотой лихорадкой» в легкой промышленности России. Резкое снижение поступления импорта, обусловленное трех–четырехкратным ростом его рублевой стоимости, создало острый дефицит на рынке товаров, что и привело к резкому подъему производства в легкой промышленности России уже с начала 1999 г. Особенно это стало заметно в к. 1999 – н. 2000 г.: заработали даже ткацкие фабрики в Иваново, стоявшие несколько лет, причем они были не в состоянии удовлетворить возникший спрос! Легкая промышленность России, закаленная своей нелегкой судьбой, оказалась способной самостоятельно, без помощи государства, подняться в течение двух лет. Дефолт 1998 г., явившийся результатом признания государством своей неспособности сдерживать развитие рыночных отношений, вдохнул жизнь в легкую промышленность России.

Но с начала 2001 г. правительство на одну треть снижает пошлины на импорт. Наблюдается рост доходов в бюджет по этой статье в 2 раза, то есть объем импорта возрастает почти в 3 раза. Это привело к существенному спаду в только было начавшей работать после дефолта легкой промышленности России. Поскольку падение объемов в легкой промышленности после дефолта было обусловлено только снижением таможенных пошлин, их ставки должны быть возвращены к состоянию 2000 г., в большей степени – на готовую продукцию и те виды сырья, которые могут производиться в России. Применение этой единственной меры кардинально изменит ситуацию на рынке и приведет к быстрому росту легкой промышленности России, привлечет в нее деньги инвесторов. Процедура принятия этой меры проста. Процедура контроля – отработана. Насущность принятия этой меры для легкой промышленности России – очевидна. Отрицательные последствия снижения пошлин на импорт текстильной продукции – налицо. Эта мера, конечно, должна сопровождаться 100%-ным предотвращением беспошлинного ввоза импорта, в том числе мелкими партиями по туристическим визам, особенно из Китая и Турции. Другие меры по поддержке отечественной легкой промышленности не будут давать такой сильной и быстрой отдачи, как эти две.

2. ПРИЧИНЫ КРИЗИСА В ТЕКСТИЛЬНОЙ

ПРОМЫШЛЕННОСТИ

Чтобы оценить возможности выхода промышленности из кризисного состояния, целесообразно остановиться на причинах, породивших кризис в начале 90-х годов, и, определив, в какой степени эти причины устранены на сегодняшний день, оценить возможности выхода промышленности из этого состояния.

Для удобства анализа эти причины сгруппированы в три взаимосвязанных фактора.

Первый фактор – структурный и технический уровень российских фабрик. Оценка структурного и технического уровня текстильной промышленности России с начала 90-х годов и по сегодняшний день проводится путем его сопоставления по семи обобщенным показателям с уровнем текстильной промышленности зарубежных стран.

1. Специализация фабрик . Многие текстильные фабрики зарубежных стран отличались универсализацией по видам продукции и вырабатывали ткани, трикотаж, нетканые изделия из разных волокон и нитей, что позволяло им успешно приспосабливаться к тенденциям спроса и моды.

В начале 90-х годов в нашей текстильной промышленности существовало строгое деление фабрик по видам волокна и даже по группам тканей.

На сегодняшний день узкая специализация фабрик по волокнам и группам тканей стала размываться, что позволяет фабрикам лучше приспосабливаться к запросам рынка.

2. Структура выпускаемой продукции . В продукции текстильной промышленности зарубежных стран значительную долю составляют трикотажные и нетканые изделия, выработка которых менее трудоемка, чем тканей.

В начале 90-х годов доля этих изделий в промышленности России была незначительной.

На сегодняшний день структура выпускаемой продукции стала улучшаться. Доля трикотажного полотна и трикотажных изделий, а также текстильно-галантерейных изделий стала возрастать. Сейчас эти подотрасли наиболее рентабельны, причем их рентабельность по сравнению с 2000 г. растет.

3. Размеры фабрик. В текстильной промышленности зарубежных стран превалируют фабрики с численностью до 300 человек, способные быстро реагировать на запросы рынка.

В начале 90-х годов неспособность больших российских предприятий с численностью более 1000 человек решать подобные задачи была одной из причин их кризисного состояния.

На сегодняшний день структура гигантских фабрик улучшается, происходит их разукрупнение, что дает возможность улучшить качество продукции, снизить издержки производства и более оперативно реагировать на за­просы рынка.

4. Компьютеризация управления производством и технологическим процессом. На зарубежных фабриках широкая компьютеризация сбора информации, планирования и управления производством, а также технологическим процессом позволяет существенно поднять управленческую эффективность производства и показатели работы оборудования.

В начале 90-х годов на российских фабриках эти элементы можно было наблюдать лишь в опытном исполнении на единичных фабриках.

На сегодняшний день компьютеризация управления производством и технологическим процессом на передовых фабриках улучшается вместе с улучшением компьютеризации всей страны. Но компьютеризация самих машин, в части оптимизации параметров их работы, может произойти лишь после приобретения нового современного оборудования.

5. Использование синтетических волокон. Текстильные фабрики зарубежных стран в существенно большей степени использовали синтетические волокна и нити, в особенности полиэфирные, значительно повышающие потребительские свойства текстильных изделий и уменьшающие их себестоимость. Доля их потребления в развитых странах превышала 50 %.

В начале 90-х годов в текстильной промышленности России доля использования синтетических волокон и нитей была ниже 15 %.

На сегодняшний день использование синтетических волокон и нитей по необходимости и по возможности возрастает, так как появился их свободный рынок и фабрики могут оперативно их приобретать.

Читайте также: Импеданс ткани определяется активным

6. Ассортимент и качество тканей. На зарубежных фабриках вырабатывались в основном ткани шириной 140 см и выше, имеющие существенное экономическое преимущество перед узкими тканями. Ассортимент этих тканей формировался конъюнктурой рынка и оперативно изменялся под ее воздействием. При этом он диктовал необходимость совершенствования и создания новых машин.

В начале 90-х годов на российских фабриках средняя ширина готовых тканей равнялась 103 см. В текстильной промышленности России, ранее нацеленной в основном на увеличение объемов, преобладала выработка простых тканей с несложной технологией. Например, в 1990 г. из 5,9 млрд. кв. м хлопчатобумажных тканей 60 % составили ткани массовых артикулов типа марли, бязи, миткаля и др.

На сегодняшний день ширина тканей несколько возросла, так как от ста­рых узких пневморапирных станков фабрики по возможности избавляются. Ассортимент и качество тканей изменяются в лучшую сторону, так как их приходится продавать, конкурируя с импортными тканями. Однако остается необходимость и дальше улучшать ассортимент и качество тканей, что существенно сдерживается состоянием и уровнем оборудования.

7. Уровень и состояние оборудования. Текстильные фабрики зарубежных стран, находясь в условиях конкуренции, вынуждены были систематически оснащаться совершенным высокопроизводительным оборудованием с компьютеризацией управления параметрами работы, что обеспечивало повышение производительности труда и качества продукции, а также снижение себестоимости.

В начале 90-х годов российские текстильные фабрики были оснащены в основном несовершенным отечественным оборудованием, за исключением отделочного оборудования, которое, как правило, закупалось у зарубежных фирм. При этом возраст у 50 % и тех и других был более 15 лет, что существенно превышает нормальные периоды амортизации.

На сегодняшний день состояние и уровень оборудования остались на том же низком уровне и стали даже несколько хуже, так как за прошедшие годы это оборудование состарилось еще на 10 лет.

Наглядным показателем этого явля­ется производительность труда, которая в текстильной промышленности России была в несколько раз ниже, чем в развитых капиталистических странах. Например, в хлопчатобумажной промышленности она была ниже, чем в США, в 2,5 раза.

На сегодняшний день структурный уровень промышленности заметно повысился, технический же уровень в лучшем случае остался без изменения.

Выход из этого состояния лежит в оснащении фабрик современным оборудованием. Машины и станки наших заводов уступают по совершенству машинам и станкам передовых зарубежных фирм. Однако, последние стоят во много раз дороже отечественных. Встает задача выбора, которую придется конкретно решать в каждом отдельном случае.

Второй фактор – уровень руководства фабриками. Руководство фабрик и отрасли отбиралось ранее не по тем критериям, которые необходимы управленцу для успешной работы в рыночных условиях. В начале 90-х годов у большинства руководителей фабрик не было опыта в решении таких вопросов, как закупка сырья, реализация тканей, управление финансами и т. д., оптовая торговля сырьем и тканями была в зачаточном состоянии.

По оценке правительства, в 1997 г., т. е. через шесть лет после начала рыночных реформ, к новым условиям адаптировалась в большей или меньшей степени примерно третья часть руководителей предприятий легкой промышленности. Об этом также свидетельствует резкая дифференциация состояния фабрик в отрасли.

Приведенная выше оценка показывает, что руководство фабрик после акционирования, став последней инстанцией в принятии хозяйственных решений, в большинстве своем оказалось в начале 90-х годов не готовым решать встающие перед фабриками задачи. Акционеры же фабрик, не ставшие реальными хозяевами фабрик, влиять на ру­ководство практически не могли.

На сегодняшний день уровень ру­ководства фабриками значительно вы­рос. Руководители хорошо работаю­щих фабрик, которых около 20–30 % в каждой подотрасли, успешно адапти­ровались к условиям рынка, нашли свои ниши на внутреннем и внешнем рынках и добились успехов в результа­те того, что им удалось сформировать команды менеджеров и определить стратегию развития.

Третий фактор – правовые и экономические условия, существую­щие в промышленности. В начале 90-х годов правовые и экономические условия, существовавшие в промышленности, в наибольшей степени определяли как сползание промышленности в состояние кризиса, так и возможность выхода из кризисного состояния.

Об этом красноречиво свидетельствует общее состояние промышлен­ности. Если вся промышленность в течение пяти – шести лет работает плохо, значит, правовые и экономические условия явно непригодны для ее нормальной работы.

Улучшение первого фактора, т. е. структурного и технического уровня промышленности, требует больших капиталовложений и времени, он не может быть изменен в одночасье и является, образно говоря, наиболее «инерционным» фактором.

Второй фактор, т. е. уровень руководства акционерных фабрик, в особенности в условиях, когда руководство в большинстве случаев фактически оказалось неподконтрольно акционерам, также за короткий период эффективно улучшиться не может.

В отличие от этого совершенствование правовых и экономических условий не требует больших капиталовложений и может проводиться в значительно более короткие сроки, но, главное, эти условия должны формироваться с учетом уровня первых двух факторов. Они, как показала реальность, не соответствовали уровню первых двух факторов.

Причиной этого можно считать то, что в федеральных органах в начале 90-х годов, или, образно говоря, в период «рыночного романтизма», возобладала точка зрения, по которой в рыночных условиях текстильная промышленность должна сама доказать право на существование. Очевидно, имелся в виду принцип: «слабые» предприятия погибают, «сильные» развиваются.

С точки зрения общей теории, мо­жет быть, все и правильно, но только при большой доле абстрагирования от существующего уровня фабрик.

Глубокий анализ существующих в текстильной промышленности условий должен был показать, что большинст­во фабрик относится к категории «сла­бых». Видимо, такого анализа на должном уровне перед принятием ос­новополагающих решений проведено не было. Итог можно считать плачев­ным: большинство фабрик оказалось на грани разорения.

Со временем, отойдя от «рыночно­го романтизма», федеральные органы вместе с ведущими текстильными кон­цернами существенно улучшили пра­вовые и экономические условия функ­ционирования текстильной промыш­ленности.

До 1996 г. эти усилия носили экс­тренный, «пожарный» характер и в ос­новном были направлены на предот­вращение банкротства большинства фабрик и регионов. Имеются в виду постановления правительства по кре­дитам о сезонной закупке сырья, по оплате госзаказа, по реструктуризации долга фабрик и т. д.

В последующие годы решения пра­вительства носили стратегический характер и были направлены на созда­ние необходимых правовых и эконо­мических условий.

Однако ряд решений федераль­ных органов часто оказывался в хвосте событий или не достигал по­ставленных целей. Например, много­кратное совершенствование таможенного законодательства и системы налогообложения или закон о банкротстве, который в существую­щем виде сильно препятствует прито­ку инвестиций, так необходимых промышленности.

В настоящее время финансовое по­ложение в стране заметно стабилизи­ровалось. Инфляция по сравнению с первыми годами существенно снизи­лась. В стране сформировалась сеть торговых домов и оптовиков по прода­же сырья и продукции текстильной промышленности, что является важной предпосылкой для успешной работы фабрик .

• Свежие записи
  • Балкон в многоквартирном доме: является ли он общедомовым имуществом?
  • Штраф за остекление балкона в 2022: что это и как избежать наказания
  • Штраф за мусор с балкона: сколько заплатить за выбрасывание окурков
  • Оформление балконного окна: выбираем шторы из органзы
  • Как выбрать идеальные шторы для маленькой кухни с балконом