Наталья Пшеничная: самое главное при лечении «омикрона» — не перестараться
На фоне рекордно высокого количества заболевших коронавирусной инфекцией — 170 -180 тыс. человек в день — эпидемиологи и инфекционисты очень осторожны в прогнозах. Из последних новостей — не смотря на огромное количество ежедневных заражений, решено отменить недельный карантин для тех, кто контактировал с заболевшим. Почему ослабляются ограничительные меры на фоне высокой заболеваемости? Как ведет себя «омикрон»? И как, соответственно, нужно вести себя людям? На вопросы «Российской газеты» ответила заместитель директора по клинико-аналитической работе ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора, профессор Наталья Пшеничная.
— Наталья Юрьевна, все рады, что отменена обязательная семидневная изоляция для людей, которые были в контакте с заболевшим. Хотя пик заболеваемости, по разным прогнозам, мы пройдем в середине февраля или несколькими днями раньше. Не опасно ли смягчать ограничения, не приведет ли это к новому всплеску?
— «Омикрон» приобретает черты типичной сезонной ОРВИ и гриппа. У него короткий инкубационный период, те же пути передачи и те же клинические проявления заболевания. В последние дни мы видим тенденцию к стабилизации — показатели отсроченной госпитализации не увеличились, к счастью, не растет смертность. То есть тяжесть течения заболевания, вызванного «омикроном», примерно такая же, как при привычных сезонных респираторных инфекциях. Это позволяет перейти на такой же мониторинг, и такие же принципы контроля эпидемиологической ситуации, какие мы проводим при гриппе.
Это означает: заболел — сиди дома, лечись, а после выздоровления возвращайся на работу или учебу.
Не опасна ли отмена изоляции для контактных? Во-первых, уровень заболеваемости очень высок, и в таких условиях отследить и изолировать всех, кто контактировал с заболевшими, невозможно. Тем более очень много контактных бессимптомных, у которых заболевание не развивается. Зачем здоровых, по сути, людей держать дома?
По этому пути, к слову, пошли и другие страны, где распространился «омикрон», — ЮАР, Великобритания, Дания.
В пользу отмены ограничений и тот факт, что у нас достигнут приличный уровень коллективного иммунитета.
Но, конечно, смягчая ограничения, мы надеемся на сознательность людей — они должны соблюдать масочный режим, дезинфицировать руки, заботиться о других. Риски усиления распространения инфекции хотя и низкие, существуют.
— Если у нас так много людей, которые переносят коронавирусную инфекцию легко, нужно ли ПЦР-тестирование?
— Если заболел — тестироваться надо. Грипп, ОРВИ, коронавирус сходны по клиническим проявлениям, но все же это разные заболевания. Поэтому подходы в терапии могут быть разные, и есть особенности в лечении.
Мы знаем, что при COVID-19 назначались, например, гормональные препараты. Но при гриппе и ОРВИ они не только не нужны, но и могут нанести вред организму. При гриппе могут развиться осложнения, присоединиться бактериальная инфекция, которую лечить гормонами категорически нельзя.
То же самое и с антикоагулянтами. Их также широко применяли при COVID-19. Но это совсем не безобидные препараты, они увеличивают риск внутренних кровотечений. Сейчас в основном болеет молодежь, просто с симптомами ОРВИ, и применение таких сильнодействующих лекарств в этих случаях не показано. Тем более что «омикрон», как показывает клинический опыт, не вызывает такого поражения сосудов и склонности к тромбообразованию, как предшествующие штаммы, та же «дельта», например. При «дельте» отклонения в гомеостазе иногда наблюдались с первых же дней заболевания, поэтому антикоагулянты назначались даже профилактически. При «омикроне» они не нужны.
И, конечно, вирусную инфекцию нельзя лечить антибиотиками. Их применение приводит к тому, что мы подавляем собственную полезную микрофлору и ослабляем свой иммунитет. А в результате, как показывает опыт, на второй неделе заболевания можем получить бактериальное осложнение — поражение легких стафилококком. Это серьезная инфекция, обычно устойчивая к антибиотикам, назначаемым амбулаторно. Но в силу подавления собственной микрофлоры на фоне неправильно применяемых антибиотиков стафилококк может начать активно размножаться. В итоге вылечить такую пневмонию достаточно сложно. Приходится применять мощные антибиотики, доступные только в стационарных условиях.
Читайте также: Куртки из ткани под бархат
— Мы боялись заболеть ковидом два года. И хотя известно, что «омикрон» не так опасен, все равно многие, почувствовав недомогание, нервничают. Как все-таки себя вести, какие меры принимать?
— Самое главное при лечении «омикрона» — не перестараться. То есть подходить к его терапии нужно ровно так, как мы это делали в отношении других респираторных инфекций.
Но и здесь есть определенная опасность: при ОРВИ и гриппе нередко применяют иммуномодуляторы. Но надо учесть, что сейчас циркулируют разные респираторные вирусы, в том числе по-прежнему встречается штамм «дельта». Поэтому от применения в острый период лекарств, воздействующих стимулирующе на иммунную систему, стоит воздержаться. При «дельта»-варианте применение иммуномодулятора может подстегнуть ответ иммунной системы, усиливая риск развития цитокинового шторма.
Поэтому рекомендация простая: на амбулаторном этапе лечения нужно сдержанно относиться к назначению препаратов, если мы не знаем, какая это инфекция. Потому что одно и то же лекарство может по-разному повлиять на течение заболевания, в зависимости от возбудителя, его вызвавшего.
Противовирусные лекарства, которые напрямую влияют на жизненный цикл вируса, — это одно. Но препараты с иммуномодулирующим эффектом до лабораторного подтверждения диагноза я бы не советовала назначать.
— А может легкое течение инфекции при «омикроне» определяться не свойствами самого вируса, а просто следствием того, что много привитых, и если они заражаются коронавирусом — болеют легко?
— Среди тех, у кого развиваются клинические проявления болезни — 70% не вакцинированные. Конечно, заражаются и те, кто сделал прививку, но они чаще всего болеют так легко, что и к врачу не обращаются, и их выявляют случайно, как бессимптомных носителей.
В целом, если речь идет о непривитых и не переболевших коронавирусом ранее, у таких людей и при заражении «омикроном» заболевание протекает более ярко. И, конечно, нужно по-прежнему проявлять особую осторожность людям из групп риска — пожилым, имеющим хронические заболевания.
— Сейчас много разговоров и сомнений: если «омикрон» пробивает антительную защиту у вакцинированных и все равно заражает всех подряд, — зачем нужно было прививаться? Или, может быть, нужно модифицировать вакцину?
— Эволюция коронавируса продолжается, появляются новые штаммы. Это действительно в какой-то степени снижает эффективность вакцины. Но тем не менее все равно происходит нейтрализация даже измененного вируса.
Мы это наблюдаем ежегодно во время эпидемий гриппа. Вакцины готовятся заранее, и ВОЗ за полгода до наступления эпидемического сезона дает прогноз по тому, какие именно штаммы гриппа будут циркулировать, и вакцины производят с учетом этих штаммов, ежегодно корректируя их состав. При этом если появляется какой-то новый, не отслеженный вариант гриппа — эффективность вакцинации снижается. Но тяжелое течение гриппа у привитых все равно бывает намного реже.
С коронавирусом картина аналогичная. Главное, в чем мы убедились за последний год, когда в мире началась массовая вакцинация против COVID-19 — прививка предотвращает развитие тяжелых случаев.
А ОРВИ мы всегда болели, болеем и будем болеть. Самое главное — не заболеть тяжело, чтобы это не отразилось на состоянии организма в долговременной перспективе.
— Есть же еще угроза развития лонг-ковида. С «омикроном», наверно, выводы делать рано, прошло пока мало времени. Но вот появилось исследование израильских ученых: они говорят, что прививка, ко всему прочему, на 50% снижает риск развития лонг-ковида. Значит, это еще один аргумент в пользу прививки?
— У специалистов много споров по поводу причин лонг-ковида и постковидного синдрома. Но можно сказать, что одна версия доминирует. Были исследования, которые показали: после выздоровления человек может выделять вирус еще три недели, причем вполне жизнеспособный. Значит, есть серьезные основания считать, что вирус, даже не размножаясь активно, может долгое время сохраняться в организме, например, в клетках эпителия кишечника. Это обнаружили с помощью электронной микроскопии при изучении биоптатов кишечника.
Читайте также: Бантики из ткани для блузки
Поэтому в отношении пациентов с лонг-ковидом можно предположить, что по каким-то причинам (например, при определенных особенностях иммунной системы) вирус «задержался» в организме. Причем вирусу даже не нужно размножаться, чтобы вызывать все эти последствия, которые проявляются как ковидный синдром. Ему достаточно оставаться в организме и раздражать своим присутствием иммунную систему. Если вирус остается внутриклеточно, иммунной системе сложно к нему подобраться, чтобы уничтожить. Но иммунный ответ идет, продолжается наработка антител. И в результате идет провокация хронического иммунного воспаления.
Отсюда и предположение, что коронавирус может спровоцировать аутоиммунные процессы в организме. Эта угроза выглядит вполне реальной. Версия о манифестации аутоиммунных заболеваний у постковидных пациентов имеет право на существование. Также возможно обострение уже имеющихся заболеваний у хронических больных. Исследования в этом направлении продолжаются.
— Понятно, что изучение коронавируса будет продолжаться. А что от него еще можно ждать? Дальнейших мутаций?
— Да, конечно, коронавирус будет мутировать. Если эволюционно «омикрон» продолжит идти по тому же пути, если последующие штаммы также будут вызывать менее тяжелые проявления заболевания — мы в итоге можем получить еще один сезонный коронавирус. И он станет дополнением к тем коронавирусам, которые постоянно циркулируют в людской популяции и хорошо нам известны — большинство детей заражается ими в первые годы жизни, без проблем справляется с инфекцией и выздоравливает. Велика вероятность, что с новой коронавирусной инфекцией именно так и будет. И в этом случае ослабление защитных мер оправдано и целесообразно.
Если же вернется более патогенный вариант — с более длительным инкубационным периодом, с тяжелым течением заболевания — это менее благоприятный сценарий, и он, к сожалению, тоже возможен.
Но все же большинство моих коллег надеется, что эволюция пойдет по более благоприятному для нас пути. Трансмиссивность и легкость течения — это характерно для сезонных коронавирусов, с которыми мы знакомы еще до SARS-CoV-2. Хочется думать, что так и будет.
Насколько фатальны для легких последствия коронавируса и есть ли шанс их восстановить: отвечает профессор-пульмонолог
А также у кого повышенный риск развития фиброза, пояснил один из ведущих экспертов по COVID-19, доктор медицинских наук Кирилл Зыков.
ЧТО ЗНАЧАТ ДИАГНОЗЫ «ПНЕВМОСКЛЕРОЗ» И «ПНЕВМОФИБРОЗ»
— Больше всего пациенты, переболевшие коронавирусной инфекцией, боятся фиброза легких, именно о нем нас спрашивают чаще всего, — рассказывает врач-пульмонолог, доктор медицинских наук, профессор РАН, заведующий кафедрой факультетской терапии и профболезней Московского государственного медико-стоматологического университета им. А.И. Евдокимова Кирилл Зыков.
— В диагнозе может быть написано «пневмосклероз», «пневмофиброз» — это, по большому счету, синонимы. Речь идет о разрастании в легких соединительной ткани. Это бывает по разным причинам: из-за воспалительного, из-за дистрофического процесса. В итоге нарушается основная задача легких: обеспечение газообмена. У людей из-за этого возникает одышка, сначала при физнагрузках, а при обширном фиброзе — даже в состоянии покоя.
При этом нужно помнить, что возможности наших легких очень значительны. И если после перенесенного заболевания, в том числе COVID-19, есть какой-то локальный пневмосклероз, относительно небольшие изменения, это не влияет на функциональные возможности легких. То есть человек попросту не почувствует каких-то неприятных последствий.
— Можно ли назвать процент или примерный масштаб повреждения легких, при которых такие последствия уже будут ощутимы?
— В ситуации с COVID-19 обнаружилась поразительная особенность: клиническое состояние, ощущения самого пациента могут не совпадать со степенью повреждения легких на КТ (компьютерной томографии) и по лабораторным данным. Этот одна из загадок новой инфекции. Порой возникает ощущение, что эти параметры живут своей жизнью, независимо друг от друга. Иногда мы видим, что у пациента на КТ поврежден достаточно большой объем легких, а человек уверяет, что чувствует себя нормально. И есть обратная ситуация, когда у больного выраженная одышка, высокая температура, а изменения на КТ довольно незначительны. Эту тайну коронавируса еще предстоит раскрыть.
Читайте также: Ассортимент шелковых тканей курсовая работа
ЧЕМ ДОЛЬШЕ ТЕЧЕНИЕ БОЛЕЗНИ, ТЕМ БОЛЬШЕ ФИБРОЗНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ
— От врачей сейчас часто можно услышать: о коронавирусной инфекции мы пока знаем мало, и непонятно, что дальше будет с легкими у переболевших.
— На самом деле сейчас мы можем ориентироваться на опыт предыдущих вспышек коронавирусов — SARS, или атипичной пневмонии, в 2002 — 2003 гг. и MERS, или Ближневосточного респираторного синдрома, в 2012 — 2013 гг. Срок наблюдения за пациентами, перенесшими эти виды коронавирусной инфекции, уже достаточно большой. В то время как срок нашего знакомства с COVID-19 всего около полугода.
Поэтому мы можем экстраполировать, то есть переносить данные предыдущих наблюдений на нынешнюю ситуацию. Если говорить об оценках последствий и конкретных цифрах, то большую роль играет тяжесть состояния, в котором госпитализировались пациенты. От этого зачастую зависят и шансы выжить, и частота и масштаб фиброзных изменений в легких. По разным данным, у пациентов с SARS такие изменения в легких встречались в 10 — 20% случаев (как раз в зависимости от тяжести состояния).
— И как долго сохранялись фиброзные изменения в легких?
— Есть наблюдения, что у части пациентов неблагоприятные изменения сохранялись через 9 месяцев после выписки из госпиталя. При этом выраженность фиброза зависела от длительности заболевания и его лечения. Чем дольше течение болезни, тем выше вероятность того, что у человека будут фиброзные изменения.
В ТЕМУ
У кого чаще развивается фиброз легких:
— Люди старшего возраста (65+)
— Люди с генетической предрасположенностью к развитию фиброза (если этим страдали родители или один из них, бабушки, дедушки)
— Пациенты с системными воспалительными заболеваниями соединительной ткани (системная красная волчанка, склеродермия, болезнь Шегрена и другие)
— Также уже появились данные, что при COVID-19 повышен риск фиброза у пациентов с высоким маркером воспаления, то есть с более выраженными лабораторными показателями воспаления, — рассказывает профессор Кирилл Зыков. — Речь идет, в частности, об уровне С-реактивного белка в крови, уровне Интерлейкина-6 и некоторых других воспалительных маркеров. И также важным фактором является картина изменений на компьютерной томографии, которая тоже показывает уровень воспаления.
Чем больше уровень повреждений на КТ, тем выше вероятность того, что разовьются фиброзные изменения. Для тех, кто интересуется, упрощенно можно представить себе это процесс так: при «Ковиде» повреждается альвеолярный эпителий (оболочка альвеол, пузырьков в легких), резко возрастает воспалительный ответ. Как защитная реакция организма, в том числе, активируются клетки-фибробласты, формируется коллаген, и это является основной фиброза в дальнейшем
РЕШАЮЩИЙ СРОК — ПЕРВЫЙ ГОД
— 19-летнее наблюдение за пациентами, которые перенесли SARS, показало, что в течение первого года после болезни может идти уменьшение уплотнений в легких, которые обычно считают фиброзными изменениями, — продолжает эксперт.
— После года подвижек в положительную сторону уже не было.
— Но ведь считается, что фиброз необратим? Переродившуюся ткань как легких, так и любого другого органа, в клинической практике еще вроде бы не научились превращать снова в полноценно работающие клетки?
— Да, это так. В том-то и дело, что нередко за фиброз сразу после болезни принимают и другие изменения, которые обратимы, могут пройти. По данным наблюдений именно фиброз начинает формироваться обычно не раньше 3-ей недели после начала выраженного воспалительного процесса. Специалисты-морфологи (исследователи строения живых тканей. — Ред.) могут определить фиброзные изменения, которые действительно уже никуда не исчезнут.
-Так что на практике переболевшим остается ждать в течение года, чтобы понять масштаб «настоящего» фиброза и надеяться, что часть изменений пройдет, так?
— Главное, в течение этого года не усугубить ситуацию, не ухудшить состояние легких, а также принимать меры для восстановления и реабилитации.
- Свежие записи
- Балкон в многоквартирном доме: является ли он общедомовым имуществом?
- Штраф за остекление балкона в 2022: что это и как избежать наказания
- Штраф за мусор с балкона: сколько заплатить за выбрасывание окурков
- Оформление балконного окна: выбираем шторы из органзы
- Как выбрать идеальные шторы для маленькой кухни с балконом