В последние годы во многих развитых странах нарастает такое явление, как дисплазия соединительной ткани (ДСТ) [4,8]. Явления ДСТ сопровождаются самыми разнообразными патологическими процессами – от нарушений психики до тяжелых расстройств кровообращения и нарушений иммунитета. Соединительная ткань (СТ) имеет тесные взаимосвязи с нервной, кроветворной, иммунной системами, системой детоксикации и другими адаптивными системами организма [8]. Установлено, что при ДСТ имеется дефицит аскорбиновой кислоты (АК) и магния, имеется диспропорция в содержании аминокислот, участвующих в метаболизме СТ. В связи с чем нарушены процессы образования коллагеновых волокон и другие метаболические процессы в фибробластах. Однако более детально причины возникновения ДСТ и какое значение они могут иметь в развитии патологических процессов во многом не известно [4].
Поэтому целью наших исследований было выявить взаимосвязь метаболических процессов, определяющих специфику защитных механизмов к микобактерии туберкулеза (МБТ) в организме подопытных животных с различным строением СТ.
Материалы и методы исследования
Для экспериментов были взяты крысы и морские свинки – СТ которых, как и адаптивно-метаболические процессы, резко отличаются. Так, СТ крыс грубоволокнистая и плотная, а у морских свинок – рыхлая и нежноволокнистая. Морские свинки, в отличие от крыс, не способны синтезировать АК имеющую большое значение в обмене СТ. Возможно именно поэтому они высоко чувствительны к МБТ [7]. В эксперимент было взято по 20 морских свинок и 20 беспородных белых крыс питомника Уральского НИИ фтизиопульмонологии, разделённых по 10 животных на контрольных и опытных. Протокол эксперимента был рассмотрен и одобрен биоэтической комиссией Уральского НИИ фтизиопульмонологии.
В наших исследованиях крысы опытной группы подвергались заражению МБТ в дозе 0,1 мг живой культуры в хвостовую вену, морские свинки опытной группы заражались МБТ в дозе 0,001мг в паховую складку живой культуры микобактерий штамм H37Rv. Контрольным животным вводился, в этих же дозах и местах инъекций, физиологический раствор хлорида натрия.
У всех зараженных животных исследовались параметры экспериментального туберкулеза: морфологические данные, микробиологические исследования, индексы поражения и весовые коэффициенты [7]. Находилось количество в тканях оксипролина, уровень аскорбиновой кислоты и ее производных – дегидроаскорбиновой кислоты (ДАК) и дикетогулоновой кислоты (ДКГК) общепринятыми методами [1,2].
На хроматографе ААА 339 «Микротехника» определялось количество свободных аминокислот, глутатиона, полиаминов, мочевины в замороженных в жидком азоте тканях исследуемых животных. На основании полученных данных исследовалась динамика количества аминокислот, связанных с обменом СТ (пролин, оксипролин, глутамат), и участвующих в биосинтезе глутатиона (аргинин, цистеин, глицин), а также содержание глутатиона, восстановленного и окисленного, полиаминов (путресцин).
Активные формы кислорода (АФК) и высокоактивные соединения азота (ВСА), являясь высокоактивными биологическими молекулами, оказывают регулятороное воздействие на обмен СТ, усиливая катаболические процессы в ней [8]. Поэтому с помощью иммуноферментного анализатора определялся уровень производных оксида азота и активных форм кислорода в крови исследуемых животных. При помощи иммуноферментного анализатора в плазме крови и лейкоцитах исследовали уровень суммарных перекисей липидов (по показателям OXYSTATA BiomedicaGRUPPE) и стабильных производных (нитрата) оксида азота. Животные выводились из эксперимента через 2 недели после заражения МБТ в период, когда у морских свинок развивался генерализованный туберкулез. Статистическую обработку полученного материала проводили с помощью непараметрических критериев Манна-Уитни.
Результаты исследования и их обсуждение
После заражения МБТ через 2 недели у морских свинок развивается генерализованный туберкулез. У крыс даже при использовании гораздо большей дозы МБТ специфический процесс не развивается. Некоторые органы морских свинок при этом значительно увеличиваются. Так, масса печени возрастает на с 20,9 г до 34,4 г, селезенки – с 1,06 до 4,3 г, легких – с 3,8 до 9,6 г. Отмеченное увеличение происходит, видимо, за счет интенсивного включения пролина в оксипролин СТ. Что подтверждается увеличением количества оксипролина в ткани печени заражённых морских свинок до 858,3±36,1, тогда как у контрольных животных его уровень составил 88,2 мг/100 г сухой ткани.
Изменения массы органов крыс после заражения не происходит, хотя количество оксипролина в печени также несколько возрастает, но статистически достоверного отличия не наблюдается (р >0,05). Количество оксипролина в печени контрольных крыс составило 650,6±25,6 мг/100г, то есть в 7 раз больше, чем у морских свинок (р 0,05).
Существенным изменениям подвергалось содержание в крови и печени глутаминовой кислоты и пролина. В крови зараженных морских свинок при этом количество глутаминовой кислоты и пролина снижается примерно в 1,5 – 2 раза (р 0,05). То же самое касается и иона SO3, который присутствует в организме в виде таурина (NH2–СН2– СН2– SO3). Количество таурина в печени крыс после введения им МБТ резко увеличивается (с 525,2± 28,9 мкг/г до 1657,5±425,1 мкг/г; Р
Соединительная ткань уровень метаболизма
Целью настоящей работы явилась изучение показателей метаболизма соединительной ткани при синдроме раздраженного кишечника.
Под нашим наблюдением находились 60 больных синдромом раздраженного кишечника (СРК) в возрасте 23-46 лет, контрольную группу составили 30 практически здоровых лиц. Активность эластазы сыворотки крови изучали по методу С. А. Тужилина и соавт. (1971), содержание оксипролина, соединенного с коллагеноподобным белком плазмы в сыворотке крови — по методу М.А. Осадчука и В.М. Капустина (1987), содержание гликозаминогликанов в сыворотке крови — по методу Б.Ф. Мурашова и соавт. (1986). Материал для морфологического исследования получали из сигмовидной кишки, для гистологического исследования биоптатов применяли окраску гематоксилин-эозином. Бактериологическая оценка микробиоценоза толстой кишки основывалась на исследовании микрофлоры кала с выделением степеней дисбиоза (МЗ РФ, 1991).
В группе практически здоровых лиц активность эластазы сыворотки крови составила 0,18 ±0,02 мкг/мл*мин, концентрация белковосвязанного оксипролина 0,23± 0,02 мг/мл, гликозаминогликанов 0,21± 0,02 г/л.
Согласно результатам бактериологического исследования кала, дисбиоз определялся у 55% больных СРК. Нарушения, соответствующие первой степени дисбиотических расстройств, обнаруживались у 36,7%, дисбиоз 2-й степени у 13,3%, дисбиоз 3-ей степени у 5% обследованных. При оценке количественного состава микрофлоры кала обращало внимание снижение общего количества бифидобактерий, лактобактерий, пролиферация гемолитических штаммов E.сoli, грибов рода Candida, золотистых стафиллококков. При морфологическом исследовании слизистой оболочки толстой кишки у 26% пациентов с СРК отмечалась гиперплазия бокаловидных клеток эпителия и переполнение их муцином. В то же время, у 15% пациентов с СРК в собственной пластинке слизистой оболочки толстой обнаружены единичные лимфоциты, что, вероятно, связано с имеющимися дисбиотическими изменениями.
При изучении маркеров метаболизма соединительной ткани у пациентов с СРК без явлений кишечного дисбиоза отмечено повышение активности эластазы крови 0,33 ±0,03 мкг/мл*мин (p 0,05). При наличии дисбиоза кишечника зарегистрированы более значительные нарушения метаболизма соединительной ткани: активность эластазы составила 0,45 ±0,04 мкг/мл*мин, концентрация белковосвязанного оксипролина 0,39 ±0,03 мг/мл, гликозаминогликанов 0,47 ±0,03 г/л, (p
Соединительная ткань уровень метаболизма
Целью нашего исследования явилось изучение метаболизма соединительной ткани у беременных с пролапсом митрального клапана на фоне недифференцированной дисплазии соединительной ткани.
Материалы и методы исследования. Под нашим наблюдением находилась 161 женщина, состоящая на диспансерном учете в БУЗ УР «Республиканский клинико-диагностический центр Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», специализированном по оказанию акушерско-гинекологической помощи женщинам с сердечно-сосудистой патологией. В группу наблюдения вошли 135 беременных с ПМК, которые были разделены на 2 подгруппы: 1-я подгруппа – 72 беременные с ПМК и наличием недифференцированной дисплазии соединительной ткани легкой степени тяжести; 2-я подгруппа – 63 беременных с ПМК и без дисплазии соединительной ткани. Группу сравнения составили 26 беременных женщин с неосложненным течением гестации.
Отбор пациенток в группу осуществлялся в соответствии с критериями включения: наличие пролапса митрального клапана, отсутствие врожденных пороков сердца, отсутствие эндокринных заболеваний. Критериями исключения из исследования были: наличие порока сердца, декомпенсированное состояние и стадия обострения любого соматического заболевания; эндокринные заболевания.
Все пациентки обследованы в соответствии с порядком оказания помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утвержденному Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 01.11.2012 г. № 572н.
Читайте также: Ткань обивочная если кошка
Изучение биополимеров соединительной ткани в сыворотке крови и моче мы провели у 26 беременных женщин группы сравнения и у 135 беременных с ПМК в течение беременности (в сроке 14–16 недель, 28–30 и после 36 недель). Такие интервалы времени нами были выбраны в связи с особенностями формирования и функционирования плаценты.
Показатели, характеризующие состояние обмена коллагена, а именно содержание свободного гидроксипролина по методу, предложенному R.E. Neuman, M.A. Logan (1950) и модифицированному П.Н. Шараевым и соавт. (1981), с использованием парадиметиламино-бензальдегида; коллагенолитическую активность (КА) по методике E. Schalinatus et al. (1978) в модификации П.Н. Шараева и соавт. (1987), определяли в сыворотке крови, околоплодных водах и плацентарной ткани [8]. В моче определяли только содержание свободного гидроксипролина по методу, предложенному R.E. Neuman, M.A. Logan (1950) и модифицированному П.Н. Шараевым и соавт. (1981), с использованием парадиметиламинобензальдегида [8].
В плаценте дополнительно изучали содержание суммарного коллагена (СК) по количеству гидроксипролина методом, предложенным R.E. Neuman, M.A. Logan (1950) в модификации П.Н. Шараевым и соавт. (1981); а также содержание фракций коллагена (ФК) – нейтрально-солерастворимого (НРК) и цитратрастворимого (ЦРК) коллагена [8].
Возраст наблюдавшихся пациенток колебался от 18 до 43 лет. Средний возраст больных в группах (1-я подгруппа наблюдения — 28,6±4,6 лет, 2-я подгруппа – 27,6±4,7, группа сравнения — 27,7±5,2 лет) не отличался (р>0,05).
Результаты исследования. Главной составной частью соединительной ткани является коллаген — фибриллярный белок, основным компонентом которого является оксипролин. В процессе биосинтеза проколлагена – предшественника коллагена гидроксипролин образуется только путем окисления пептидосвязанных остатков пролина. При этом свободный гидроксипролин крови, который освобождается при распаде коллагена, не включается в состав этого белка [1, 2, 8]. С позиции сказанного, в условиях соблюдения низкоколлагеновой диеты уровень СГП в крови отражает интенсивность распада коллагена.
Показатели свободного гидроксипролина и коллагенолитической активности представлены в таблице 1.
Показатели обмена соединительной ткани в сыворотке крови (М±m)
Механизмы воздействия магния и пиридоксина на структуру и свойства соединительной ткани как основание для магнезиальной терапии дисплазий соединительной ткани
О.А. Громова 1 , И.Ю. Торшин 1 , Е.Ю. Егорова 1,2
Соединительная ткань — структурная поддержка, своего рода «экзоскелет» любой ткани организма, в любом возрасте. Соединительная ткань начинает развиваться в эмбриональном периоде из мезинхимы и в, последующем, формирует опорный каркас (фасции, связки и костную ткань), кожные покровы ребенка. Поэтому, нарушения структуры соединительной ткани, обусловленные нутрициальными и генетическими факторами, будут способствовать развитию многочисленных заболеваний у детей. Эти нарушения, известные также как недифференцированная дисплазия соединительной ткани (нДСТ), особенно опасны в детском возрасте, когда происходит интенсивный рост всех тканей организма. Как показывают результаты фундаментальных и клинических исследований, обеспеченность и магнием, и пиридоксином важна для нормального роста и поддержания физиологического состояния тканей в процессе роста и развития детского организма. В настоящей статье результаты проведенного нами анализа молекулярных механизмов воздействия магния на структуру соединительной ткани. Использование фенотипических маркеров нДСТ с учетом разбираемых механизмов позволяет осуществлять рациональную терапию нДСТ посредством современных препаратов магния.
Molecular mechanisms of magnesium and pyridoxine in the structure of connective tissue: the basis for magnesium therapy of connective tissue dysplasias
OA Gromova, IY Torshin, EY Egorova
Connective tissue is a structural support, a sort of «exoskeleton» for any tissue of the body. In embryonic period, the connective tissue starts to develop from mesenchyme and, subsequently, differentiates into fascia, ligaments, bone and the skin. Apparentlly, any disruption of the structure of connective tissue, caused either by nutritional or genetic factors, will contribute to the development of numerous diseases in children. These disruptions, collectively called as “undifferentiated connective tissue dysplasia” (uCTD), are especially dangerous in childhood, the period of the rapid growth of all body tissues. As indicate the results of basic and clinical research, adequate nutritional support with magnesium and pyridoxine is important for normal growth and maintenance of the physiological state of the connective tissue. In this paper we present the results of analysis of the molecular mechanisms of magnesium and pyridoxine influence on the structure of connective tissue. Using phenotypic markers of uCTD along with the information on these molecular mechanisms allows to conduct rational therapy of uCTD by modern pharmaceutical forms of magnesium.
Keywords: magnesium deficit, connecting tissue dysplasia, extracellular matrix, bioinformatics.
В аналитическом отчете академика РАМН Баранова А.А. (2010) указано, что в последние годы (2000-2010) педиатры отмечают уменьшение детей относящихся к 1 группе здоровья и увеличивающуюся инвалидизацию детского населения России [1]. Эти отклонения прямо указывают на несовершенство существующих профилактических стратегий и, во многом, обусловлены неполноценным развитием соединительной ткани, называемым «дефицитом соединительной ткани» или «недифференцированной дисплазией соединительной ткани» (нДСТ).
Дисплазия соединительной ткани – нутрициально и генетически детерминированное состояние, обусловленное нарушениями метаболизма соединительной ткани в эмбриональном и постнатальном периодах и характеризующееся аномалиями структуры компонентов внеклеточного матрикса (волокон и основного вещества гелеобразной среды) с прогредиентными морфо-функциональными изменениями различных систем и органов [2].
Следует отметить очевидность широкого популяционного распространения ДСТ у детей и подростков. Недифференцированная ДСТ встречается в России гораздо чаще: 20% в когорте около 3000 подростков и лиц молодого возраста (по данным проф. Нечаевой Г.И., 1980-2010) [2]; 8,5% в выборке из 400 человек [3]. Данных распространенности нДСТ по другим странам не имеется и российские исследователи являются лидерами в области диагностики, фундаментальных молекулярных исследований и терапии нДСТ.
На сегодняшний день установлено, что диспластико-зависимые морфо-функциональные изменения систем органов существенным образом сказываются на течение сопутствующих заболеваний, определяя затяжное течение и хронизацию острых процессов, меньшую эффективность традиционных схем лечения, более длительный период реконвалисценции и т.д. [2,4].
Значение магния в педиатрической практике трудно переоценить. В настоящее время в педиатрии наблюдается подъем исследовательского интереса к клиническим приложениям магния. Терапевтические роли магния (Mg) в лечении сердечно-сосудистых, обменных, мышечно-тетанических и неврологических нарушений у детей основаны на фундаментальной роли, которую играет гомеостаз магния в организме человека [5,6]. Как показали результаты проведенного нами систематического анализа взаимодействий между магнием и метаболизмом соединительной ткани, на фоне дефицита магния диспластические процессы в соединительной ткани будут неизбежно обострятся [7]. В настоящей работе подробно рассматриваются основы диагностики нДСТ, молекулярно-биологические механизмы обеспечивающие функционирование соединительной ткани и роли магния с пиридоксином в поддержке этих молекулярных механизмов.
Клинико-морфологические особенности ДСТ
В зависимости от особенностей этиологического фактора выделяют дифференцированные и недифференцированные формы ДСТ. К дифференцированным (синдромным) ДСТ относят болезни монофакторного характера с установленным генным дефектом, известным типом наследования и, как правило, с выраженной и четко очерченной клинической симптоматикой. Классическим примером синдромных ДСТ являются синдромы Марфана и Элерса-Данло, несовершенный остеогенез и некоторые другие редкие генетические синдромы.
Недифференцированные формы ДСТ имеют полигенно-мультифакториальную природу, т.е. в их возникновении играют роль как полиморфизмы или мутации большого числа генов в различных сочетаниях, так и воздействие разнообразных факторов внешней среды. Клинические проявления недифференцированной ДСТ не укладываются ни в одну из известных дифференцированных наследственных болезней, хотя иногда могут их напоминать. Принято выделять марфаноидный, элерсоподобный и MASS-подобный фенотип (по первым буквам наиболее частых фенотипических признаков ДСТ – англ. «Mitral valve», «Aorta», «Skeleton», «Skin»), предполагая единую генетическую сущность данных состояний.
Имеющиеся на настоящий момент данные свидетельствуют, что частота встречаемости ДСТ зависит от возраста обследованных лиц. Признаки нДСТ проявляются в течение жизни: в период новорожденности выявление признаков нДСТ минимально; в возрасте 4-5 лет начинают формироваться пролапсы клапанов сердца, в 10-12 лет – торако-диафрагмальный синдром (деформации грудной клетки и позвоночника), плоскостопие, миопия, в подростковом и молодом возрасте — сосудистый синдром [8].
Критическим периодом является подростковый возраст, когда прирост количества разбираемых ниже признаков дисморфогенеза соединительной ткани максимально [9].
Фенотипические проявления ДСТ условно можно разделить на группы в зависимости от органов и систем, вовлеченных в диспластический процесс. Ниже, приводятся основные морфологические признаки нДСТ 8. Хотя перечисленные ниже признаки, будучи отдельно взятыми, не являются строго специфичными для ДСТ, анализ совокупности этих признаков является основой диагностики ДСТ у ребенка.
Костно-суставные изменения
Астенический тип конституции
Долихостеномелия
Арахнодактилия
Деформации грудной клетки (воронкообразные и килевидные)
Деформации позвоночника (сколиоз, синдром прямой спины, гиперкифоз, гиперлордоз, спондилолистез)
Деформации черепа (акроцефалия, арковидное небо, микрогнатия, скученность зубов)
Деформации конечностей (вальгусная, варусная)
Деформации стопы (плоскостопие, полая стопа и др.)
Гипермобильность суставов
Изменения кожи и мышц
Растяжимая кожа
Тонкая кожа
Вялая кожа
Заживление в виде «папиросной бумаги»
Келлоидные рубцы
Геморрагические проявления (экхимозы, петехии)
Мышечная гипотония и/или гипотрофия
Грыжи
Признаки ДСТ органа зрения
Миопия
Плоская роговица
Подвывих (вывих) хрусталика
Признаки ДСТ сердечно-сосудистой системы
Пролапсы клапанов
Миксоматозная дегенерация клапанных структур
Дилятация фиброзных колец
Расширение корня аорты
Аневризмы межпредсердной, межжелудочковой перегородки
Расширение и аневризмы сосудов (аорта, легочная артерия, церебральные артерии)
Варикозное расширение вен, флебопатии
Нарушения сосудистого гемостаза, тромбоцитопатии,
Признаки ДСТ бронхолегочной системы
Трахеобронхомаляция, трахеобронхомегалия
Трахеобронхиальная дискинезия
Бронхоэктазы
Апикальные буллы и первичный спонтанный пневмоторакс
Признаки ДСТ пищеварительной системы
Моторно-тонические нарушения (рефлюксы)
Нарушения фиксации органов (гастроптоз, колоноптоз)
Изменения размеров и длины полых органов (мегаколон, долихосигма и др.)
Признаки ДСТ мочевыделительной системы
Нефроптоз, рефлюксы
Особенностью диспластического фенотипа является частое сочетание ДСТ с пороками развития и/или малыми аномалиями развития (МАР) со стороны различных органов и систем. Попытки расценить порочное развитие органов или малые аномалии развития как признаки ДСТ приводят к гипердиагностике ДСТ и дезориентируют исследователей и практических врачей (табл. 1).
Малые аномалии развитияу детей [10].
| Голова: | Область рта и ротовой полости: |
| Аномальный рисунок роста волос | Расщепление язычка |
| Орбительная область: | Аберрантные уздечки преддверия рта |
| Эпикантные складки | Микродентия |
| Монголоидный разрез глаз | Аномально растущие зубы |
| Антимонголоидный разрез глаз | Шея: |
| Короткие глазные щели | Крыловидная шея |
| Дистопия наружных углов глаза | Кисти: |
| Гипотелоризм умеренный | Рудиментарная полидактилия |
| Гипертелоризм умеренный | Аномальная дерматоглифика |
| Птоз легкий | Клинодактилия мизинцев |
| Ушные раковины: | Укорочение 4—5 пальцев |
| Примитивная форма | Гипоплазия терминальных фаланг |
| Дарвинов бугорок | Стопы: |
| Аномальная форма завитка | Синдактилия 2—3 пальцев |
| Оттопыренные | Сандалевидные щели |
| Отсутствие козелка | Короткий 1 палец |
| Расщепление мочки | Наложение пальцев (4-5) |
| Отсутствие мочки | Утолщенные ногти |
| Аурикулярные ямки | Кожные покровы: |
| Нос и фильтр: | Гиперпигментации кожи и невусы |
| Гипоплазия крыльев носа | Монголоидные пятна (у белой расы) |
| Уплощенный фильтр | Депигментации кожи |
| Выступающий фильтр | Добавочные соски или ареолы |
В настоящее, в номенклатуре болезней ВОЗ недифференцированные варианты ДСТ еще не выделены в отдельную рубрику, что несомненно затрудняет работу практического врача. Однако, при внимательной работе с классификацией МКБ можно найти соответствующий код для любого проявления ДСТ (I 34.1 Пролапс митрального клапана, I 71.2 Аневризма и расслоение аорты, I 83 Варикозное расширение вен нижних конечностей, М35.7 Гипермобильный синдром и многие другие).
Диагностика ДСТ и последующее обследование ребенка включает следующие этапы: сбор анамнеза; физикальное и лабораторно-инструментальные обследование; генеалогический анамнез. Тщательно собранный анамнез обеспечивает получение важной информации о манифестации, темпах прогрессирования ДСТ, наличии факторов риска, признаках поражения того или иного органа или системы.
Обследование детей и подростков с ДСТ проводятся в строгой последовательности, в соответствии со следующими задачами:
- Свежие записи
- Балкон в многоквартирном доме: является ли он общедомовым имуществом?
- Штраф за остекление балкона в 2022: что это и как избежать наказания
- Штраф за мусор с балкона: сколько заплатить за выбрасывание окурков
- Оформление балконного окна: выбираем шторы из органзы
- Как выбрать идеальные шторы для маленькой кухни с балконом