Для понимания взаимоотношений художественных течений Востока и Запада, ткани, этот важнейший источник орнаментики, как элемент легко переносимый, прочно и верно, бессознательным путем всюду просачивающийся, представляют величайший интерес. При этом стороной дающей в этой области искусства является по преимуществу Восток, а Запад — стороною берущей, заимствующей, хотя и перерабатывающей. Лишь для весьма поздней эпохи можно говорить о воздействии западных мотивов и узоров на восточные, напротив влияние Востока вплоть до эпохи ренессанса было, преобладающим. Дрегер [*] полагает, что можно вообще разделить текстильное искусство Европы после-античной эпохи на два основных периода: один вплоть до поздней готики и ренессанса — стоящий под преимущественным влиянием Востока и другой — с эпохи ренессанса, с которого только и начинается развитие европейской художественной ткани. В древней Руси мы наблюдаем также очень значительное распространение восточных тканей вплоть до конца 17 века: здесь и бархат кизильбашский, и байберек, и изорбаф (персидская шелковая золотная ткань) и др. Узоры тканей влияли и на древнерусское шитье и на орнаментику металлических изделий и вносили острую восточную струю в русское искусство 16 и 17 веков. Ткань мусульманского Востока может быть изучаема в ее прошлом не столько на самом Востоке, сколько на Западе и в России: в музеях, а ещё раньше в сокровищницах, в ризницах церквей и монастырей. В России особенно богаты собрания Оружейной палаты и б. Щукинского музея.
Изучение тканей из круга мусульманского искусства приводит нас к источникам сасанидским, коптским и византийским. Здесь более, чем в какой-либо другой области искусства, наблюдается медленная, постепенная эволюция стиля без резких переломов и потрясений. Когда Египет в VIII веке сделался мусульманским, прикладное искусство там было коптским и это коптское искусство оказало влияние на арабских завоевателей, но, по мнению Мижона [*] , не следует преувеличивать значение этого влияния: арабская культура при своем распространении в этот период входила в соприкосновение с различными культурами Азии и Африки, в том числе с очень древними, и с многовековой традицией. В отношении декорации тканей, в частности, арабы не восприняли религиозных изображений, заимствованных коптами из Византии, но легко впитали геометрические мотивы, комбинации линий, бывших, быть может, поздним отражением древнефиникийской цивилизации. Весьма рано начали входить в украшение ткани, как декоративный элемент, арабские куфические надписи.
В основе ранней ткани Месопотамии и Персии лежат сасанидские образцы. Сасанидские шелковые ткани представляют зачастую в своем узоре круги, ромбы, венки, в которые вписаны орнаментальные, растительные или животные мотивы. Особенно характерны изображения фантастического, павлинообразного дракона [*] , утки, сасанидского царя на охоте; затем симметрично расположенные реально или геральдически трактованные звери по сторонам дерева (древний восточный мотив).
Иные из этих мотивов переходят непосредственно в декорацию тканей ранне-мусульманского периода. Примером этому могут служить ткани 8-10 веков с подражанием сасанидскому узору [*] .
Иллюстрации воспроизведены по изданию: Fr. Sarre. Die Kunst des alten Persien, 1922.
На превосходном фрагменте ткани (из Месопотамии 11-12 в.) из собрания гр. Уваровой представлен мотив двух животных (крылатых львов?) по сторонам богато изукрашенного канделябра [*] .
Воспроизведено по: Meisterwerke muchamedanischer Kunst auf der Ausstellung in München. 1911 (каталог мюнхенской выставки мусульманского искусства).
Фрагмент ткани из собрания гр. Уваровой
Представить себе ясно искусство ткани в ранне-мусульманский период вследствие малого количества дошедших памятников и трудности их точной датировки является весьма не легкой задачей. Кое-какие сведения о состоянии ткацкой промышленности народов ислама дает нам литературная традиция. В первый раз заходит речь об арабской ткани по поводу украшения тканями святилища Каабы в Мекке. Количество ценных тканей, приносимых для украшения святилища, было огромно. Уже в 774 г. по Р. X., отмечалось их очень значительное количество; позднее оно еще возросло. Посетивший Мекку в 1183 г. сицилийский путешественник ибн-Джобайр восхищается богатством убранства. Снаружи 34 ткани были сшиты вместе; эти ткани зеленого шелка содержали множество надписей и изображения ниш, заканчивавшихся треугольником. Внутри даже колонны были покрыты тканями [*] . В Египте после арабского завоевания производство тканей, по-видимому, не уменьшилось. Макризи называет ряд городов, известных этим производством. Особенного блеска искусство ткани достигло при Фатимидах, о чем дает представление сделанное Макризи описание чудес, собранных ими в своих дворцах. Один из них — Моез-ли-дин-Аллах приказал выполнить ткань, на которой была изображена земля с ее горами, морями, реками, дорогами, городами. Чтение инвентаря сокровищницы Эль-Мостансера, составленного тем же Макризи, по замечанию Мижона, стоит чудес «Тысячи и одной ночи». Мастерские Александрии, Дамиетты, Дабика и др. городов производили тонкие ткани, затканные золотом, золотыми цветами (т. наз. «дабики»), с изображением персонажей. Это были изображения празднеств, охоты, танцев, борьбы, сражений. Отсюда же на сарацинских или христианских кораблях эти ткани вывозились в Европу. Не меньшее увлечение производством драгоценных тканей имело место и при мамлюках.
Дамаск и Алеппо в средние века были грандиозной ярмаркой тканей; о караванах оттуда с шелковыми и пурпурными тканями сообщают еще хроникеры VIII века. Несомненно восточные ткани описываются в инвентарях ризниц иных средневековых соборов. Так, в инвентаре собора в Кентербюри в Англии, составленном в 1315 году, сообщается, напр., о ризе из ткани красного цвета, называемой антиохийской, с голубыми птицами с золотыми головами. Это описание заставляет вспомнить о шелковой зеленой ткани 11-12 века с красными птицами, головы и лапы которых вытканы золотом (в Музее декоративных искусств в Брюсселе) [*] . Замечательные ткани вырабатывались и на острове Кипре. В Персии и Малой Азии на тканях наряду с чисто орнаментальными мотивами изображались и портреты властителей. Подобными тканями восхищались в дворцах Багдада во времена абассидского калифа Мутеваккиля, умершего в 861 г. по Р. X. (Об этом у Карабачека: Die persische Nadelmalerei Susandschird, 1881).
Читайте также: Ткань титаник что за ткань
Иллюстрация воспроизведена по изданию: J. Errera, Catalogue ďétoffes anciennes et modernes. 1907.
Шелковая ткань 11-12 вв. из коллекции Музея декоративных искусств в Брюсселе
Из путешественников сообщает о тканях Марко Поло, отмечающий красоту шелковых изделий, производимых в центральной Азии. В Персии его поражает высокое качество золототканных и шелковых материй; Казвин особенно славился в ту эпоху в этом отношении.
Подвергая рассмотрению самые памятники восточного тканья, мы сначала коснемся предметов древнейшего периода (до 14 века) в их различных стилистических проявлениях в разных странах мусульманского Востока, а потом разберем позднейшие, преимущественно персидского и малоазийского происхождения.
К первой группе мы отнесем (следуя Мижону с дополнениями по Дрегеру) ткани с надписями фатимидского Египта, арабские ткани с сасанидским и византийским влиянием, сельджукидские ткани, сирийские ткани из Антиохии, месопотамские ткани (до 14 века), ткани мамлюкского Египта 13-14 веков, испано-мавританские ткани, сицилийские ткани и, наконец, сарацино-итальянские.
Фатимидских тканей с надписями и примыкающих к ним по стилистическим признакам Мижон указывает в различных собраниях свыше 10. Из них особенно интересна ткань из ризницы собора Парижской Богоматери с изображением зайцев с длинными ушами; надпись куфическим шрифтом называет фатимидского халифа конца X века. На ткани из ризницы церкви в Апте, где изображены в медальонах сплетшиеся хвостами сфинксы, мы читаем имя халифа Мустали-Абуль-Касим-Ахмеда (1094-1101). Из числа близких последней по стилю упомянем изумительную шелковую ткань XI века в музее Клюни, где повторяется мотив двух павлинов, стоящих по сторонам священного дерева, хвосты которых поднимаются кругообразно и почти соединяются над их головами [*] . Мижон считает эту ткань одним из шедевров арабского искусства и отмечает силу линии рисунка и незабываемое по интенсивности и гармонии сочетание двух красочных тонов: рубиново-красного и золотисто-желтого.
В особую группу могут быть объединены ткани с более или менее ярко выраженным сасанидским и византийским влиянием, но в которых симметрия уже не так строга и проглядывает, по мнению Мижона [*] , некоторая свобода и живописный инстинкт. Из этих тканей одна с мотивом гепардов на цепи, строго симметрично поставленных по сторонам стилизованного дерева, из церкви св. Стефана [*] в Chinon [*] , могла бы считаться сасанидской, если бы не арабская надпись. Строгость мотива византийских концентрических кругов встречаем в замечательной ткани, найденной в архиве одного из соборов Испании. Эта ткань была нашита на документ эпохи Фердинанда II (1157-1188) и, следовательно, не может быть моложе 2-й половины XII века. В ленте каждого круга прекрасная арабская надпись замыкает сомкнутую композицию двух павлинов спиной друг к другу, но с головами повернутыми назад, так что клювы их почти сходятся [*] .
Иллюстрации воспроизведены по изданию: Migeon G. Les arts plastiques et industriels. (Manuel ďart musulman, v. II. P. 1907).
Ткань с надписью, называющей сыновей сельджукидского султана начала 13 века [*] из музея торговой палаты в Лионе, позволяет объединить ее со сходными по стилю в обособленную группу сельджукидских тканей. Затем ряд тканей, стилистически сходных с птицами и другими животными, головы которых вытканы золотом (что отмечалось в вышеупомянутой описи кентербюрийской ризницы как особенности тканей из Антиохии), могут быть соединены в группу сирийских тканей из Антиохии. Мижон пытается ряд тканей до 14 века, с изображением охоты, стилистически близких к работам мосульских инкрустаторов по металлу, связать в особую — месопотамскую группу.
Самостоятельную группу представляют сицилийские ткани. Хотя мусульмане, как власть, были вытеснены из Сицилии норманнами уже в XI веке, но мусульманская культура долго еще продолжала развиваться на острове. Мохаммед ибн-Джобайр, пилигрим из Испании, посетивший Сицилию в конце XII века, оставил нам очень любопытную картину жизни страны. Мусульмане сохранили свои нравы, обычаи, религию; мечети продолжали существовать рядом с церквами. Из смешения двух начал: христианской и мусульманской цивилизации не замедлило зародиться могучее художественное движение. В середине 12 века Рожер II, сицилийский король, предприняв поход на Грецию, овладел Коринфом, Фивами, Афинами, разграбил эти города и увел в плен мастеров шелковой промышленности; он поселил их в Палермо и приказал обучать сицилийцев своему искусству. Так передает дело Оттон из Фризингена [*] . Вероятно, палермские ткани долго сохраняли арабский характер. Несколько драгоценных тканей из сицилийских придворных мастерских хранятся поныне в сокровищницах Европы. Наиболее знаменита мантия в Вене, бывшая частью реликвий священной римской империи, которую Генрих VI вывез в 1195 г. в Германию после своего коронования в Палермо. Эта мантия была выткана в Палермо в 1133 году. Она поражает стройной монументальностью композиции, представляющей две симметрические группы львов, терзающих верблюдов; эти группы разделяет стройная стилизованная пальма. Изображения вытканы золотом на пурпурном фоне. Замечательно искусство, с которым вписаны группы в поверхность поля, представляющего форму четверти круга. Животные трактованы в очень стилизованных формах, разбросан орнамент в форме виноградной лозы [*] . Мижон замечает, что никакие описания не в состоянии передать величия, декоративной силы и изумительного богатства этой исключительной ткани.
Читайте также: Что такое пан ткань состав ткани
Из других сицилийских тканей эпохи отметим две ткани в ризнице собора в Ратисбоне, где надпись называет мастера Абд-эль-Азиза, выткавшего их для короля Вильгельма II (1169 — 1189).
Испано-мавританская ткань представляет область арабской художественной промышленности с особыми, свойственными ей, чертами. Источники, как восточные, так и западные, сообщают нам и о главнейших центрах производства, рассказывают об их внешнем виде, приводят их названия. Писатель Эль-Маккари говорит, что серебряная ткань в несколько тонов называлась дибадж, ткань, на которой были вышиты имена властителей, называлась тираз, более простые ткани носили название хомоль. Культура шелка началась в Испании и получила распространение ранее X века. Уже в IX веке испанские ткани славились; о них говорит уже Анастасий Библиотекарь, именуя их «spaniscum».
Иллюстрации воспроизведены по изданию: Migeon G. Les arts plastiques et industriels. (Manuel ďart musulman, v. II. P. 1907).
Самая древняя из дошедших до нас испано-мавританских тканей — это фрагмент очень тонкого шелка, найденный в алтаре одной маленькой испанской церкви и ныне хранящийся в Исторической Академии в Мадриде. В медальонах представлены сидящие фигуры, львы, птицы и четвероногие [*] . В двух полосах читается куфическая надпись, называющая халифа Хишама, правившего в конце X в. Этот фрагмент можно причислить к тканям, обозначаемым именем тираз. Присутствие изображений одушевленных существ несколько выделяют эту очень раннюю ткань из испано-мавританской группы, одной из характерных особенностей которой как раз является отсутствие изображений живых существ и преобладание линеарных и геометрических мотивов, что вообще характерно для мавританского искусства (в Марокко и Алжире, также как в Испании). Горизонтальные полосы орнаментации чередуются с полосами украшенными надписями [*] .
Воспроизведено по изданиям:
1 — Migeon G. Les arts plastiques et industriels. (Manuel ďart musulman, v. II. P. 1907).
2 — J. Errera, Catalogue ďétoffes anciennes et modernes. 1907.
Особую группу образуют ткани, преимущественно 13-15 веков, относительно которых очень трудно с полной уверенностью сказать, имеем ли мы дело с действительно восточными тканями или сработанными в восточном духе в Италии (в южной Италии, Сиене, Лукке, Венеции и пр.). Эту группу Дрегер (о. c., стр. VII) называет сарацино-итальянской. Ряд превосходных облачений из capацино-итальянских тканей 14 столетия воспроизведен в Каталоге мюнхенской выставки [*] .
Сарацино-итальянские ткани 14 в. из Каталога мюнхенской выставки (Meisterwerke muchamedanischer Kunst auf der Ausstellung in München. 1911):
Сочетание тонов отличается большой прелестью и силой: то это зеленый с красным, затканный золотом, то желтый и зеленовато-желтый узор на небесно-голубом фоне, то золото и белый тон на темно-лиловом. В изображениях встречаются попарно сопоставленные павлины, грифоны; также корабли, борьба чудовищ (в одном случае с китайским влиянием). Здесь уместно будет сказать несколько слов о восточно-азиатском влиянии на ткань мусульманского Востока. Влияние Китая на культуру передней Азии становится ощутительным со времен монгольских династий, частично объединивших восточную и западную Азию. Являлась ли здесь посредствующим звеном Индия, сказать трудно, так как там по климатическим условиям старые ткани не сохранились. Влияние Китая на Европу (в частности на сарацино-итальянские ткани) отчасти было непосредственным — путем ввоза китайских тканей, частью перешло через мусульманские ткани, отмеченные чертами китайского влияния. Были в мусульманском искусстве и чисто китайские представления (как, например, дракон или стилизованные на китайский лад облака). Часть тканей, трактованных в китайском духе, но, по-видимому, мусульманских была выработана, вероятно в Китае, и явилась или подарками китайских властителей при мусульманских дворах или просто изготовлена на вывоз. Одним из важнейших примеров в этом роде может служить превосходная ткань из церкви св. Марии в Данциге; в ней элементы мамлюкского Египта соединены с китайскими мотивами: с одной стороны арабские надписи, с другой изображение чисто китайских драконов. Она воспроизведена в Каталоге мюнхенской выставки [*] ; надпись называет мамелюкского султана начала 14 века. Ощутимое в той или иной мере в большой части мусульманского мира, китайское влияние не затронуло только совершенно памятников Испании и Марокко [*] .
Мы рассматривали до сих пор ткани, относившиеся к эпохе не моложе 14 века, и старались установить особенности стиля различных групп. В конце 14 века, а особенно в XV и XVI веках, произошло весьма глубокое изменение в производстве ткани у народов Востока и вся активная работа сосредоточилась в эту эпоху в Персии, в Анатолии и на берегах Босфора, где Кония, Брусса и Константинополь соперничали в блеске и роскоши тканей. С 15 века начинают видоизменяться самые принципы орнаментировки. Восточная орнаментация становится более натуралистичной, обнаруживает более верное наблюдение флоры, ограниченной, впрочем, очень малым количеством типов: гиацинта, тюльпана, шиповника, гвоздики, цветка персикового дерева. «Что особенно замечательно для этой эпохи, говорит Мижон [*] , так это простота, с которой выражен рисунок, чудо декоративного сокращения. Длинные стебли описывают гармоничные арабески, скоро ткани будут обширными садами, где на свободе будет произрастать густая растительность и где среди нее снова появится человек, но уже не в героическом виде, а в обычном, как часть окружающей природы». В лучшую эпоху, начиная с 16 века, Персия производила изумительные ткани, оживленные персонажами среди пышной флоры. Не мало дошло до нас в различных музеях превосходных тканей этого типа; персидским фигурным тканям посвятил Мартин специальную, богато иллюстрированную работу [*] . Особенно богаты персидскими тканями этой эпохи русские собрания: Оружейная палата и собрание П. И. Щукина (ныне частью в музее «Ars asiatica»). Ряд превосходных образцов тканей воспроизведен в Каталоге мюнхенской выставки, при статье: «Персидские вещи Щукинского собрания» (М. 1907) и при статье: «Персидское искусство» (Золотое руно за 1908 г. № 3-4).
Из фигурных тканей в русских собраниях отметим еще образчик на желтом фоне в музее Штиглица, близкий по характеру к тканям в замке Розенборг; такой же тканью обиты спинки кресел царя Алексея Михайловича и царицы Марии Ильинишны, хранящихся в Саввино-Сторожевском монастыре [*] . О том, как попадали подобные ткани в европейские сокровищницы, ярким свидетельством может служить история тканей в замке Розенборг в Копенгагене, рассказанная Мартином в его статье об этих тканях. Ткани эти были посланы в 1639 году персидским шахом в дар герцогу Фридриху III Гольштейн-готторпскому.
Читайте также: Как сшить постельный комплект из ткани компаньона
Персидские ткани 16 в. из собрания П. И. Щукина:
Персидские фигурные ткани 16-17 веков пленяют свободой и разнообразием композиций, грацией и изяществом рисунка, богатством гармонично сопоставленных красочных тонов. В композиции, рисунке и колорите этих тканей мы встречаем большое художественное сродство с персидской миниатюрой тебризской и исфаханской школ; возможно, что эскизы рисунков тканей делались теми же художниками, что изготовляли миниатюры рукописей. Самый характер изображения на ткани, где один и тот же рисунок, одна и та же сцена должны повторяться несколько раз, а также и особенности техники тканья, придают рисункам оттенок большей обобщенности и заставляют повторяемостью подчеркнуть ритм композиции. На фигурных тканях изображаются и отдельные фигуры и целые сцены: то это одинокие фигуры изящно одетых юношей и девушек среди стройных стеблей растений и распустившихся цветов, с соколами, с цветком или с кувшином в руках, то всадники на охоте (например, на прекрасной ткани франкфуртского музея [*] ), то это сцены с определенным содержанием: вооруженный перс ведет пленного татарина [*] , Искандер, готовящийся бросить обломком скалы в дракона [*] , наконец, иные сюжеты литературных произведений. Из последних нам известен ряд мотивов, взятых из поэмы Низами: «Меджнун и Лейла». На ткани из собр. Errera в Брюсселе [*] изображен исхудалый Меджнун, перед ним Лейла; на фелони из собр. Щукина, воспроизведенной в Каталоге мюнхенской выставки [*] , рисунок ткани представляет Меджнуна среди различных животных (сцена в пустыне); наконец, нам известны два фрагмента ткани, одинакового рисунка, но различно окрашенной, изображающей сцену посещения Лейлой Меджнуна в пустыне: Лейла приезжает в богато украшенном паланкине на верблюде, которого ведет невольник, Меджнун окружен зверями [*] .
Персидские ткани 16 в. с сюжетами на тему «Меджнун и Лейла»; рисунки воспроизведены по изданиям:
1 — J. Errera, Catalogue ďetoffes anciennes et modernes. 1907.
2 — Meisterwerke muchamedanischer Kunst auf der Ausstellung in München. 1911.
О красоте красочных сочетаний персидской фигурной ткани дает также представление воспроизведенный в красках в Каталоге мюнхенской выставки [*] лоскут персидской бархатной парчи 16 века из собр. Щукина, где по фону из золотой сажи размещены человеческие фигуры, птицы и деревья из шелкового бархата малинового, желтого, синего, зеленого и серого цвета.
Персидские ткани 16-17 в. из собрания П. И. Щукина:
Столь значительная деятельность ткацких мастерских в Персии распространилась в XVI веке и в Армению, и в Анатолию, особенно же в Бруссе и на Босфоре. Известно, что Сулейман II переселил из Тебриза в Турцию много ткачей шелковых изделий в половине XVI века. Эти прекрасные турецкие шелковые ткани обычно называются «брусскими» (брусский бархат), но этот термин надо признать условным, так как шелковое производство было очень распространено и во многих других городах Малой Азии. В декорации турецких тканей не встречается изображений животных и людей; орнамент их исключительно растительный. Преимущественно изображаются цветы тюльпана, гвоздики, гиацинта, шиповника, также пальметта и веер. Трактовка орнаментальных мотивов отличается схематичностью, но большой широтой. В тканях 17 и 18 веков начинает сказываться европейское влияние.
- Свежие записи
- Балкон в многоквартирном доме: является ли он общедомовым имуществом?
- Штраф за остекление балкона в 2022: что это и как избежать наказания
- Штраф за мусор с балкона: сколько заплатить за выбрасывание окурков
- Оформление балконного окна: выбираем шторы из органзы
- Как выбрать идеальные шторы для маленькой кухни с балконом
- Правообладателям
- Политика конфиденциальности