Если характерными признаками каркаса являются движение, многофункциональная насыщенность и высокая интенсивность освоения пространства, то ткань — это основной материально-пространственный субстрат городского организма, где локализована человеческая жизнь и где пространство всегда должно быть соразмерно человеческому масштабу. Ткань — это материализованная основа городской, или урбанизированной среды. В этом разделе будут рассмотрены общие характеристики, формирующие в целом качество этой среды: архитектурная, природно-климатическая, социально-культурная и экологическая (техногенная).
Среда, созданная в результате архитектурного творчества, охватывает сферы труда, быта и отдыха, а ее качество, понимаемое в широком смысле, в значительной степени определяет настроение людей, их чувства и мысли, наконец, целенаправленность всего образа жизни. Под архитектурным качеством среды подразумевается эстетический смысл предметно-пространственной среды, ее эмоциональное воздействие на человека.
Архитектурная среда — живой организм, у которого есть свое прошлое, настоящее и будущее. Вместе с тем на каждом этапе развития города некоторые его фрагменты отражают и воплощают определенную художественную идею, поднимая городскую ткань до уровня произведения искусства.
Воздействие архитектуры реализуется через восприятие. Само же восприятие архитектуры — явление, включающее в себя разные уровни: от восприятия физических свойств архитектуры (линии, объемы, пространство) до восприятия ее художественной формы (организация пространства, масштаб, пропорции, ритм и т.д.).
Восприятие городской среды определяется как самим архитектурным объектом, его качествами, доступными непосредственному восприятию, так и субъектом с его психофизическими механизмами восприятия.
Рассмотрим сначала те аспекты восприятия архитектуры, которые обусловлены субъектом восприятия — человеком. Эти аспекты могут быть как биологические, так и социальные.
Биологические факторы восприятия (оптические, психофизиологические) характерны для всех людей и на протяжении веков практически не изменялись, поскольку современный человек имеет те же самые способности восприятия, что и человек эпохи эллинизма или средневековья.
Но понятие «восприятие» всегда предполагает осмысление, оценку. И меняется именно социальное и эстетическое восприятие. Его изменение обусловлено историческим фактором, который не только выполняет средообразующую роль, но и способствует духовному и эстетическому развитию человека [69].
К социально-эстетическим факторам, влияющим на восприятие человеком архитектуры, можно отнести такие, как социальное положение, профессиональная подготовка, образ жизни и связанные с этим нравы и обычаи, а также настроения, установка и стереотипы восприятия, общие для больших групп людей. Эстетическое восприятие архитектуры социально детерминировано: «человека вообще» не существует, так как у людей, живущих в разных социальных и культурных условиях, эстетическое воспитание никогда не будет одинаковым. Каждое общество в каждую эпоху имело что-то общее в своем восприятии, обусловленное социально-историческими условиями и общественными отношениями.
Человек, достигший определенного уровня как в процессе исторического развития, так и в процессе развития своей личности, способен определенным образом воспринять художественную сторону архитектуры.
Рассмотрим теперь сам объект восприятия — архитектуру. Архитектура воздействует на человека как материальная среда, подобно свету, звуку, цвету и т.д. Составные элементы архитектуры — линии, плоскости, объемы — обладают определенной выразительностью, которая составляет эмоциональную основу воздействия. Так, горизонтальные линии символизируют покой, прочность, тяжесть, вертикальное направление внушает представление о деятельности, росте, кривые линии обычно воплощают движение, динамику.
Линии, форма, цвет, фактура материала — эти главные средства архитектурного языка, при помощи которых формируется предметная среда, — воздействуют на человека в комплексе, т.е. в целостной форме архитектурного объема в конкретном пространственном окружении. Они воздействуют через художественность и образность, которые обеспечиваются при помощи средств архитектурной композиции (масштаба, пропорции, ритма, контраста), а также пластических качеств (цвета, фактуры и т.п.).
Масштаб — это «степень крупности элементов композиции по отношению к целому» (по Л.И. Кирилловой). Чем меньше членений, чем реже их ритм, тем значительнее, мощнее кажется целое, и наоборот — чем больше деталировки, тем оно миниатюрнее.
В итоге длительного процесса взаимодействия человека с окружающей его архитектурной средой складываются устойчивые представления человека о наиболее типичных размерах тех или иных сооружений, об их элементах, формах, объемно-пространственном построении и т.д. Эти сложившиеся представления и составляют основу «масштабных» оценок зрителя, т.е. его суждений о нормальном масштабе.
Читайте также: Физиологические особенности клеток тканей органов
Несмотря на то, что нормальный масштаб всегда соразмерен с человеком, наши представления о нем меняются исторически. Суждения о масштабе зданий меняются не только со временем, но и с изменением условий места и окружения.
Кроме антропометричности масштаба существует еще один принцип, существенно влияющий на восприятие масштабности здания к окружающей среде. Таким критерием масштабности можно считать назначение сооружения, его идейно-образное содержание. Грандиозность пирамид, к примеру, соответствовала огромным бескрайним просторам окружающих их пустынь и величию обожествленных фараонов, чем подчеркивалась «несоизмеримость» верховных правителей Египта с простыми смертными. Такими же немасштабными являются собор Св. Петра в Риме,
Исаакиевский собор (архит. А. Монферран) в Санкт-Петербурге и др.
История архитектуры знает случаи, когда были предприняты попытки задать новый градостроительный масштаб площадям, соразмерный не индивидуальному человеку, а массе людей, толпе, например, площадь Согласия в Париже, гигантский прямоугольник размерами 175×245 м с конным монументом короля посредине (памятник уничтожен во время Великой французской революции). Гак же, как и отдельные сооружения (вышеназванные пирамиды и соборы), контрастирующие по масштабу с окружающей городской средой, грандиозные площади столиц мира несли особую функцию, скорее отражающую имперскую сущность, нежели градостроительную необходимость. Эти случаи потому и известны, что они являются исключением из общего правила.
Гармоническая городская среда создается из многих элементов (дома, деревья, оборудование), масштабно соразмерных с человеком. Существуют как бы два масштабных строя: «внешний масштаб», который соотносит форму и силуэт здания с окружением, и «внутренний масштаб», который регулирует отношения между отдельными частями элемента, — пропорционирование. Существуют специальные системы пропорциоиирования: геометрические и оптические, которые составляют основную часть комплекса эстетических закономерностей в архитектуре.
Восприятие пропорций объемных элементов связано с ощущением массы, с фактурой поверхности. Зрительно и эстетически два одинаковых по размерам, но разных по фактуре куба не будут восприниматься одинаково, несмотря на геометрическое тождество объемов. Выразительность архитектуры здесь проявляется через следующие качества: весомость, плотность, устойчивость, подвижность, логичность и т.д.
Что касается пропорциоиирования пространства, то здесь существуют два резко противоположных подхода: классический (антропометрический ) и современный (можно условно назвать транспортный).
Созданные столетия назад, идеально отвечающие размерам человека, классические пропорциональные характеристики остаются наиболее привлекательными и поныне. Улицы Уффици во Флоренции, Кастильоне в Париже, зодчего Росси в Санкт-Петербурге по- прежнему воспринимаются как идеал уличного пространства (длина «идеальной» улицы не должна более чем в 12—15 раз превышать ее ширину). Обстроенная замкнутая площадь не может шириной своей более чем в 5—6 раз превосходить высоту окружающих построек; именно таковы пропорции Театральной площади в Москве, площади перед
Александрийским театром в Санкт-Петербурге и Старого Мяста в Варшаве.
Предельная ширина улицы и в XVIII, и в первой половине XIX в. не превышала 30 м между домами, т.е. 25 м между кромками тротуаров. Это означает, что при нормальном зрении можно было не только легко опознать знакомые черты лица человека, но и заметить его выражение. Предельная ширина площади, как правило, не выходила за 100 м, т.е. без труда можно было опознать знакомую фигуру, походку и жестикуляцию.
Современная городская среда: однородность и монотонность застройки
Классическая пропорция сечения улицы тождественна лежачему прямоугольнику с отношением сторон 1:2. Но с середины XIX в., стремясь застраховаться от напряженности транспортного потока, архитекторы-градостроители отказались от классической масштабности. А рядовые улицы, площади современных нам городов уже приобрели фантастические размеры. Так, на территории всего двух новых жилых массивов Санкт- Петербурга смогла бы поместиться половина Венеции, рядовой школьный участок едва ли впишется в габариты площади Декабристов, общественно-торговый центр заурядного микрорайона по пятну застройки сравним с площадью, занимаемой Исаакиевским собором. Невскому проспекту в Санкт-Петербурге, наполненному многообразной городской жизнью, при его ширине 40—50 м вполне хватило бы расстояния между 9-этажными зданиями.
Применение современных принципов планировки — «строчной» и «свободной» — при всем их различии привело к одному и тому же недостатку: к нарушению ясности и целостности композиционно-планировочной структуры. Действительно, ориентироваться среди одинаковых по виду зданий, расположенных равномерными ритмическими рядами, почти столь же утомительно и сложно, как и при их хаотическом расположении. Современная улица представляется человеку суммой не связанных друг с другом участков застройки, что разрушает ткань города, а создаваемая таким образом рыхлость и монотонность структуры выпячивает пустое пространство, делая его главным «действующим лицом» городской среды.
Читайте также: Где создали шелковую ткань
В старых городах объемы преобладали над пространством. Их жилые образования различной протяженности, конфигурации и этажности рождались из чуткого и терпеливого приращивания одного дома к другому. Время словно нанизывало их на общий стержень: последующий вбирал особенности предыдущего и затем сам влиял на будущего соседа.
Основными регуляторами городского развития выступали экономический (высокая плата за землю) и эстетический принципы. Специфическим инструментом двойного действия стало простое и мудрое «правило» брандмауэра (противопожарной стены), предусматривавшее обязательность у каждого здания глухого торца для примыкания последующей постройки.
Массовая застройка — слипшиеся дома — надежно сцементировала старые города; каждый архитектор проектировал «свой» дом, а структурно-целостные поселения вырастали словно сами собой. Из множества частностей складывалась неповторимость. Эркеры, повисшие на одном здании, соседствуют с витыми металлическими решетками на балконах другого; измельченная рустовка сменяется крупной; кариатиды, круглые и стройные колонны, пилястры, полуциркульные окна и прочие элементы непрерывного фасада по мере количественного накопления отличий фактически перестают фиксироваться по отдельности.
Когда художественный эффект определяется не самостоятельными домами, а городской структурой, внутри ее пестрой, но единой ткани мирно соседствуют и выдающиеся произведения, и посредственные здания: и те, и другие из суверенных объектов превращаются в единую предметно-пространственную среду города.
Современные архитекторы (Ж. Кандилис, Р. Эрскин, Э. Айо и др.) пытались восстановить принцип непрерывности: были разработаны довольно интересные проекты, в которых крупные жилые комплексы состояли из непрерывных зданий сложной конфигурации. Под Парижем Э. Айо даже выстроил кварталы из причудливо изгибающихся зданий большой протяженности: сначала Бобиньи, затем уютный городок Ля Г ранд Борн с тонко разыгранной, затейливой организацией пространств. Однако добиться эстетической неповторимости застройки старых городов не удалось: массовое домостроение быстро израсходовало и без того скудные пластические средства типовой застройки.
Старая застройка городов с эстетической точки зрения имела еще одно неоспоримое преимущество: ее ритмический ряд был построен с большим тактом, на нюансах. Человек, воспринимая в целом архитектуру улицы, может даже не заметить тот ритмический строй, который здесь присутствует: важна гармония среды.
Разрушив системы пластических ритмов и их модуляции, прерывная штучная застройка современных городов фактически довольствуется одним ритмом — равномерно-ритмическим, который, подобно барабанной дроби, отличает устойчивый признак — монотонная повторяемость. Метрическая однородность приобретает чуть ли не тотальный характер: равномерный повтор в плоскости фасада (шаг лестничных клеток, лоджий, ризалитов по горизонтали, одинаковая высота этажей по вертикали), затем повтор одинаковых домов и одинаковых пространств между ними, далее повтор групп домов, пространств внутри групп и между группами.
Однако даже эту простейшую ритмику трудно прочесть: накладываясь друг на друга, ритмы взаимно исключаются, гасятся. Передвигаясь в этой однородной, монотонной среде, человек словно остается на одном месте, никуда не попадает: его путь не обогащен впечатлениями — он скучен и эмоционально дискомфортен. А ведь архитектурная среда как место пребывания человека призвана создавать для него спокойный эмоциональный настрой, общий психологический комфорт.
Все, что волнует и привлекает человека в конкретном архитектурном объекте, кажется ему обращенным к нему лично, а безразличие среды, ее безликость оказывают подчас гнетущее эмоциональное воздействие.
Качество визуального образа архитектурной среды связано также с наличием в ее структуре элементов исторического наследия и насыщенностью этой среды элементами благоустройства.
Установлению эмоциональных контактов человека с архитектурной средой способствует и ряд особенностей объемно-пространственного строения среды. Уютные курдонеры, дополненные зеленью, или полузамкнутые пространства «интерьеров» городской среды — аркады, галереи, внутренние дворики — вызывают положительные эмоции. Причиной комфортности этих элементов является их неординарность, пространственная выделенность из остального окружения, со-масштабность среды человеку.
Читайте также: Ткань лоцерил что это такое
Трикотажная ткань с изображением города
Данный трикотаж отлично будет смотреться в таких изделиях как костюм, юбка, жакет, платье, блуза, пижамы и белье для сна. Колоритный рисунок придаст изящности и необычности. Ширина материала – 155 мм. Ткань имеет хорошую растяжимость, но благодаря составу (65% вискоза, 30% п/а, 9% эластан) не дает ей вытягиваться. Долговечная и приятная в носке. Рисунок при частой стирке не линяет и не видоизменяется. Такой трикотаж неприхотлив в обслуживании при соблюдении условий ухода.
С этим товаром покупают
Жаккард с ярким цветочным узором на сером фоне — это лёгкий и очень интересный материал. Несомненно, такая яркая расцветка превосходно подойдёт для пошива оригинального платья, которое привлечёт к себе внимание своим цветом и уникальной фактурой. Стоит добавить к этому износостойкость и длительный срок эксплуатации, что перевешивает в пользу этой уникальной ткани.
Оригинальная трикотажная ткань в тёмных тонах — это высококачественный материал, который оптимально подходит для пошива соблазнительных женских платьев, великолепно подчёркивающих женственность и соблазнительность своей обладательницы. На тёмном фоне трикотажной ткани изображён мегаполис, который горит огнями, что делает материал весьма привлекательным и интересным.
Бежевая жаккардовая ткань с цветочным принтом — это превосходный материал, который производят в Италии. Красивый жаккард привлекает к себе внимание красивыми цветами коричневого и оранжевого цветов, которые мягко оттеняют бежевый оттенок полотна. Жаккард — это прочный, износостойкий материал с особым способом переплетения нитей.
Тёмная жаккардовая ткань с оригинальным орнаментом — это красивый и практичный материал с длительным сроком эксплуатации. Шикарный жаккард — это оригинальный, плотный, прочный, гигроскопичный, износостойкий, долговечный материал, который характеризуется высоким качеством.
Жаккардовая ткань всегда выглядит дорого и шикарно. А зеленый цвет только подчеркивает эту красоту. В таких тканях нити плотно переплетаются, поэтому она прочная и долговечная. Также плюсом является то, что ткань легкая. Хотя сама по себе жесткая. Если вы хотите себе одежду, которая долго прослужит вам, выбирайте жаккардовую ткань.Вы точно останетесь довольны. Также жаккардовую ткань используют для создания шикарного столового и постельного белья.
Распродажа Показать все (2227)
Комплект штор блэкаут, 2шт. Размер каждой шторы 150см*270см. Допустимая погрешность +- 5см. Крепление: Шторная лента(крючки). Состав ткани: 100%-полиэстер. Блэкаут — светонепроницаемая на 95%. Страна производство ткани: КНР, Страна производства: Россия. Блэкаут отлично защищает от солнечных лучей, не выгорает, не линяет и имеет долгий срок службы. Благодаря многослойной структуре блэкаут задерживает посторонние звуки и шум. Шторы из блэкаута гипоалергенные и просты в уходе. Шторы обеспечат Вам здоровый сон днем и ночью. Темные цвета штор практически полностью блокируют свет, а более светлые оттенки рассеивают и приглушают солнечные лучи. В ночное время шторы обеспечат защиту от ярких фонарей, рекламных баннеров и других источников уличного освещения. Шторы блэкаут подойдут для спальни, гостиной , кухни, детской и кабинета. Рекомендации по уходу: стирать при температуре 30 градусов, допускается машинная стирка. Рекомендуется вертикальная сушка. Гладить на средней
Тонкая плотная плащевая ткань с гладкокрашеной отделкой. Поверхность с небольшим блеском, ровная, плотная. Прекрасно подходит для пошива верхней одежды: ветровки, плаща, куртки, жилета и пуховика.
Неопрен – это лёгкий, гибкий, пластичный и довольно прочный материал. Данная ткань из 100% полиэстера имеет ряд специфических свойств: она отлично сохраняет тепло, устойчива к перепадам температур, стойка к механическим и химическим повреждениям, долговечна, экологична и безопасна для кожи. Из неопрена шьют платья, блузки, водолазки, футболки, майки, топы, платья, брюки и проч. Толщина 1-2мм. Полупрозрачная полоска 3-4мм.
Неопрен – это лёгкий, гибкий, пластичный и довольно прочный материал. Данная ткань из 100% полиэстера имеет ряд специфических свойств: она отлично сохраняет тепло, устойчива к перепадам температур, стойка к механическим и химическим повреждениям, долговечна, экологична и безопасна для кожи. Из неопрена шьют платья, блузки, водолазки, футболки, майки, топы, платья, брюки и проч. Толщина 1-2мм. Клетка полоска 3*3мм.
- Свежие записи
- Балкон в многоквартирном доме: является ли он общедомовым имуществом?
- Штраф за остекление балкона в 2022: что это и как избежать наказания
- Штраф за мусор с балкона: сколько заплатить за выбрасывание окурков
- Оформление балконного окна: выбираем шторы из органзы
- Как выбрать идеальные шторы для маленькой кухни с балконом